Книга Егерь. Сердце стаи, страница 130 – Николай Скиба

Призрачный медведь замедлился посреди атаки. Его алое свечение потускнело, четкие очертания размылись. Могучие лапы дрожали, каждое движение давалось всё тяжелее.

Моран это почувствовал и мгновенно перешёл в наступление. Друид поднял обе руки, и из почерневшей земли хлынули потоки живой тьмы. Они обвили ослабевшего аватара как гигантские щупальца, сжимаясь вокруг могучих лап и туловища призрачного медведя.

Теневые оковы затягивались всё туже, высасывая последние силы из противника. Рык Григора ослабел до жалобного стона, а его тело выгнулось дугой от нечеловеческой боли.

— Я подержу тебя в этой форме, Григор-дурачок, — выдохнул Моран, и в его голосе послышалось облегчение. — Ты умрёшь от своей же силы.

Но друид тени пошатнулся. Его дыхание было сбитым, а рука, которой он управлял раненым теневым львом, мелко дрожала. Из-под капюшона на землю капнула струя тёмной, почти чёрной крови.

Григор обрушил на него всю мощь своей души, вырвал из себя жизнь и превратил её в оружие… и этого оказалось недостаточно. Друид выстоял.

Разум отказывался принимать эту истину. Кто же эти твари, если даже ТАКОЕ их не убивает?

Или он…

Самый сильный из них?

Виола подняла кинжал над моей грудью. В её глазах горела торжествующая ненависть — она наконец добралась до меня.

Она так думала.

— Твоя ошибка в том, что ты решила, будто я беспомощен, — я усмехнулся, хоть и не мог подняться. — В этом между нами разница. Ты думаешь, что твой враг один, но это не так. Ты обо всём забыла, не оцениваешь угрозу. Я стая!

Виола нахмурилась, не понимая смысла моих слов.

В следующее мгновение из воздуха материализовалась Афина.

Огромная кошка прыгнула на девушку сзади, сбив её с ног прежде, чем та успела нанести удар. Кинжал отлетел в сторону, звякнув о камень. Виола упала ничком, а Афина навалилась на неё всей массой, прижимая к земле.

Это ещё не всё…

Красавчик выскочил из зарослей и впился зубами в обожжённую руку Виолы. Девушка завопила от боли — её рука уже была изувечена ожогом от ауры Карца, а теперь острые клыки горностая методично разрывали повреждённую плоть в кровавое месиво.

— Отпусти! — кричала она, пытаясь стряхнуть зверька. — АААААААААА! ОТПУСТИ, ГРЁБАНАЯ ВЫДРА!

Но Красавчик держался мёртвой хваткой, его челюсти работали как тиски. Кровь текла между его зубов, окрашивая белую шерсть в багровые пятна.

В ту же секунду как Афина вышла из невидимости, произошло две вещи.

Я с трудом поднялся на колени. Мир плыл перед глазами, но всё-таки заставил себя замахнуться ножом. Никакой магии — на это просто не было сил. Просто убить и покончить с этим.

Клыки Афины были в сантиметре от горла Виолы. Ещё доля секунды. В глазах девушки застыл первобытный ужас осознания неминуемой смерти. Кошка уже начала смыкать челюсти, её мышцы напряглись для финального, смертельного рывка.

Но в этот самый миг её инстинкты взвыли.

Шерсть на загривке встала дыбом. Охотничий азарт мгновенно сменился тревогой высшего порядка. Она оторвала взгляд от беззащитной жертвы и резко развернула голову в сторону леса, её зрачки сузились до точек, а из горла вырвался низкий, предупреждающий рык.

Кто-то мчался к поляне с нечеловеческой скоростью, сметая всё на своём пути.

Из чащи выскочил седовласый мужчина, но его тут же обогнала девушка.