Книга Егерь. Столичный гамбит, страница 18 – Николай Скиба

В его глазах горела смесь обиды и отчаянной решимости.

— Я не трус, Макс! — продолжил он. — Да, у меня нет магических зверей. Да, я не Зверолов и не Мастер! Но у меня есть руки, есть мозги, и лучше я попытаюсь кого-то спасти, чем убегу как последний трус!

Я внимательно посмотрел на него — на сжатые кулаки, на упрямо поднятый подбородок, на копьё в руках. Парень был напуган, но…

И тут я понял. Он же не просто хотел помочь. Он хотел доказать себе и всем остальным, что его жизнь имеет значение.

Даже без татуировок на руках.

— Хорошо, понимаю, — сказал после долгой паузы. — Но здесь ты нужнее, Стёпка.

Он секунду смотрел на меня, потом кивнул, его плечи расправились.

— А где Барут?

— Не знаю, — вздохнул он. — Когда началось, мы потеряли друг друга из виду.

— Понял. Скоро вернусь, не уходи отсюда, — я кивнул и отдал кошке приказ.

Афина рванула с места, оставив позади убежище с беженцами. Рыси бежали рядом, их серебристая шерсть мелькала в сумерках. Красавчик притих, чувствуя моё беспокойство.

Нельзя оставлять оборону, моя стая действительно могла помочь, она только что это доказала.

Но по мере приближения к месту битвы я начал замечать, что звуки сражения постепенно стихали.

Рёв магических зверей смолк. Крики людей прекратились. Звон оружия утих.

Даже треск пожаров как-то приглушился.

Чем ближе мы подбирались к стене, тем более зловещей казалась эта внезапная тишина. Где должны были греметь последние схватки, где защитники добивали прорвавшихся тварей — там царило молчание, нарушаемое лишь потрескиванием догорающих зданий.

Я погнал Афину быстрее, сердце колотилось от дурных предчувствий.

Мы свернули за угол, и передо мной открылся вид на место прорыва стены.

Я резко прижал ладони к шее Афины, останавливая кошку, и уставился на невероятную картину.

Там, где ещё недавно бушевала кровавая резня, где орда магических зверей рвала в клочья защитников города, теперь стояли живые и невредимые люди.

Всеволод, опираясь на меч, разговаривал с группой Мастеров. Никита и Роман стояли рядом с ним, их броня была покрыта пылью и кровью, но сами они выглядели целыми. Ещё десяток Звероловов и Мастеров расположились неподалёку, кто-то перевязывал раны, кто-то приводил в порядок оружие.

Их питомцы отдыхали рядом — огромный волк Всеволода, каменная ящерица с отрастающими шипами, несколько птиц, чьи перья всё ещё дымились от огненной магии.

Пришло подкрепление, и многие выжили.

Фух. Неужели всё?

Я огляделся, пытаясь понять, что произошло. Пролом в стене зиял чёрной дырой. Мостовая была усеяна телами людей и магических тварей. Десятки, сотни мёртвых зверей лежали в самых разных позах. Волки с перерезанными глотками, медведи с проломленными черепами, змееподобные существа, разрубленные пополам.

Кровь текла ручьями между каменными плитами, окрашивая их в тёмно-красный цвет. Запах был ужасающим.

Всеволод заметил меня и поднял руку. На его лице — только лёгкая усталость.

Я подъехал ближе, всё ещё не веря глазам.

— Что здесь произошло? — спросил, соскакивая с Афины. — Где все звери? Я видел, как сотни тварей прорвались через пролом!

Всеволод нахмурился, обменявшись взглядами с другими Мастерами.

— Странная история, — медленно произнёс он. — Они внезапно перестали прибывать. Мы всех перебили.