Книга Егерь. Столичный гамбит, страница 109 – Николай Скиба

Откладывать процедуру дальше было неразумно. Каждый лишний день задержки означал потерянную возможность усилить стаю перед возвращением в Драконий Камень.

Когда лагерь затих, и последние отголоски разговоров стихли, я встал на дежурство. Ждал, пока все окончательно погрузятся в сон. Тобольд свернулся калачиком, отвернувшись от группы. Дамир с Линой устроились рядом друг с другом, а остальные выжившие расположились подальше, каждый в своём коконе усталости и боли.

Убедившись, что все спят, я позвал горностая. Красавчик высунул мордочку из-за пазухи, вопросительно посмотрев на меня.

— Останься здесь, — шепнул я, осторожно спуская его на землю. — Следи за лагерем вместе с Режиссёром. И за лисом тоже наблюдай. Если что-то случится — тут же дай знать.

Двухвостый лис сидел в стороне, отдельно от остальных. Он не проявлял агрессии, но и не пытался влиться в группу — просто наблюдал за происходящим тусклым, отстранённым взглядом. Пока что он оставался чужаком, которого терпели, но не принимали.

С этим парнем ещё предстоит поработать, но сейчас на него нет времени.

Мысленно передал тот же приказ рыси. Режиссёр материализовался рядом с Красавчиком, его глаза внимательно оглядели спящих людей. Но когда он повернулся ко мне, я заметил что-то необычное. Его морда растянулась в подобии усмешки, а клыки слегка обнажились, будто он скалился от удовольствия.

— Что это ты так лыбишься? — тихо спросил я с усмешкой, подходя к нему ближе.

Режиссёр наклонил голову и послал мне поток образов через ментальную связь. Я увидел момент нашей битвы с Карцем — как рысь прыгает между мной и огненными потоками, как друид огня в последний момент отменяет свою атаку, спасая моего питомца от верной смерти.

Меня пронзило понимание.

— Ты… ты знал! — прошептал я в шоке. — Ты знал, что он остановит атаку!

Брат довольно мурлыкнул, подтверждая мою догадку.

— Засранец, ты знаешь, как я переживал⁈ — схватил с земли сухую ветку и швырнул в него.

Режиссёр легко отбил её маленьким потоком воздуха и игриво отпрыгнул в сторону, приглашая к продолжению игры.

— Ещё, главное, посмотрел на меня так, что сердце остановилось. Иди сюда, умник, — позвал его к себе.

Он подошёл вплотную, и я обнял его за шею, зарываясь лицом в тёплую шерсть. Режиссёр довольно замурчал, прижимаясь ко мне.

— Что всё это значит? — прошептал я.

В ответ он снова послал мне те же образы, что показывал раньше — ледяного оленя и огненного тигра, формирующихся из чистой стихии. Те же видения, смысл которых я так и не мог понять.

Я отпустил рысь и кивнул на лагерь.

— Охраняй их. Скоро вернусь. В городе мы обязательно обсудим это подробнее.

Режиссёр занял позицию у края лагеря, а я пошёл в лес, размышляя о том, что до сих пор не могу понять чего-то очень важного, что пытается сказать мой самый умный питомец.

Призвал Актрису и Афину. Обе материализовались тихо, словно тени.

— Идём, — прошептал я. — Нам нужно место потише.

Мы углубились в лес метров на пятьдесят от лагеря — достаточно далеко, чтобы ритуал не привлёк внимания, но достаточно близко, чтобы услышать сигнал опасности от Красавчика или Режиссёра.

— Всё хорошо, девочка, — тихо сказал я, протягивая руку к морде Актрисы. — Сейчас тебя усилим.

Рысь доверчиво ткнулась носом в мою ладонь, издавая едва слышное урчание. Афина неустанно кружила вокруг нас, высматривая угрозы в ночных тенях. Хотя мы уже почти вышли к границе безопасной зоны, её бдительность не ослабевала.