Книга Егерь. Опасная Зона, страница 112 – Николай Скиба

То, что я извлёк из груди медведя, заставило замереть.

Кристалл. Размером с кулак, тёмно-фиолетовый, почти чёрный, с гранями, неровно поблёскивающими в тусклом свете ущелья. Но не цвет поражал — кристалл пульсировал. Медленно, неритмично, как больное сердце.

По всей поверхности расползались чёрные вены, словно трещины во льду. При каждом пульсе эти прожилки вспыхивали тусклым, болезненным светом. От кристалла исходил проникающий до костей холод.

Поднёс руку ближе и тут же отдёрнул. Через кожу прошла волна… чего-то худшего. Ощущение безысходности, отчаяния, глубокой застарелой тоски.

— Что за чертовщина? — прошептал я.

В тот же миг перед глазами вспыхнули системные надписи:

Обнаружен редкий алхимический компонент.

Информация «Звериного кодекса» заблокирована. Достигните 20 уровня.

Осколок порченого сердца — Е.

Описание: заблокировано.

Применение: заблокировано.

Кристалл явно был связан с болезнью медведя. Возможно, результат того самого «эксперимента» Эрики. Больной зверь, неудачная эволюция… Логично.

Почему она ушла, бросив своего зверя гнить в ущелье. Возможно, для друида такой силы этот кристалл был просто мусором. Или осколком неудачного опыта, который она предпочла забыть. Зачем ей напоминание о провале? Она же сама говорила, что приходила сюда только для того, чтобы помнить о неудачах. Забрать кристалл означало бы признать ценность того, что она считает ошибкой. А может, в её высокомерии она просто не заметила, что её «мусор» может стать полезным для кого-то другого. Для меня же этот осколок — уж точно некий скрытый потенциал.

Завернул кристалл в тряпку, стараясь не касаться напрямую. Даже через несколько слоёв ткани он покалывал ладонь ледяным холодом. Да, от осколка несло опасностью, но что с того? Возможно, именно эта штука стоит состояние.

Вопрос только один: показывать ли находку Ганусу?

Сначала разберусь, что это вообще такое. Может, понадобится лично мне, да и ценность мне неизвестна. А если что, спрошу, что теряю?

Запихнул свёрток в самую глубину рюкзака, под запасную рубаху и мешочки с травами. Вытер руки о штаны, оставляя тёмные разводы, и поднялся.

Хватит копаться в мёртвых тварях. У меня ещё есть время завершить то, ради чего пришёл в эти проклятые скалы.

Отряхнул руки от грязи и крови, посмотрел на питомцев.

— Всё. Возвращаемся к делу.

Афина побежала к выходу из ущелья, а Красавчик забрался на плечо. Оба явно были не против покинуть это место смерти и болезни. На всякий случай ещё раз окинул окрестности взглядом через навык, потом изучил ущелье сам — ничего полезного на данный момент.

Уже через несколько минут я шёл по знакомой тропе к территории ветряных рысей, мысленно прокручивая план. Разделяй и властвуй. Заставить «актрису» сосредоточиться на Афине, пока с Красавчиком выследим «режиссёра». Звучало просто, но простота обманчива.

— Готовы? — тихо спросил, подходя к границе охотничьих угодий.

Афина потёрлась о ногу, жёлтые глаза горели решимостью. В них не было ни капли сомнения — только холодная готовность к бою. Через связь чувствовал: она в полной боевой форме после дуэли. Стоило признать — кем бы ни была эта Семёрка Друидов, способности одной из них впечатляли.

Красавчик на плече напрягся, маленькое тельце дрожало от предвкушения.