Книга Я еще Скелет? Не прикалывайтесь!, страница 95 – Алексей Сказ, Паркер Прах

Головорезы, стоявшие в кольце, переглядывались между собой. В их глазах уверенность сменялась сомнением. Всемогущий босс, внушавший им трепет, вдруг предстал мелким, истеричным кредитором, которого прямо на их глазах обводят вокруг пальца. Некоторые незаметно ослабили хватку на арбалетах, другие нервно переминались с ноги на ногу.

Гольдштейн терял лицо на глазах собственных людей, и это было неплохо и весьма перспективно. А ещё я получил подтверждение кое-каких своих догадок о его мотивах. Оставалось довести спектакль до логического завершения.

Голем не был просто неподвижной мишенью для арбалетов и магов. Под моим дистанционным управлением он начал едва заметно перемещаться по двору. Медленный поворот головы — словно осматривал окружение. Осторожный шаг в сторону — будто оценивал пути отхода. Ещё один шаг, почти незаметный — как если бы пытался найти более удобную позицию.

Каждое движение было выверено и выглядело абсолютно естественно. Бойцы Гольдштейна инстинктивно поворачивали арбалеты, следуя за перемещениями пленника, но не видели прямой угрозы. Это же был покорный маг, принявший поражение. Что плохого в том, что он слегка переминается с ноги на ногу?

Гольдштейн, доведённый до белого каления собственной яростью, не замечал происходящего. Он был слишком поглощён желанием выплеснуть накопившуюся ненависть, унизить своего давнего врага в ответ на все перенесённые унижения. Орк делал шаг за шагом навстречу голему, тыкая в его сторону толстым зелёным пальцем.

— Ты думал, что ты неуязвим? — рычал ростовщик, его голос срывался от эмоций. — Что твоя магия защитит тебя от всего? А теперь ползаешь перед теми, кого презирал!

Ещё шаг. Ещё один. Расстояние между ним и големом неуклонно сокращалось.

— Я сотру тебя в порошок! Превращу в пыль! Ты заплатишь за каждую потерянную мной монету, за всё пережитое унижение!

Гольдштейн размахивал руками, его массивная фигура тряслась от ярости. Он был настолько поглощён собственными эмоциями, что перестал контролировать дистанцию.

В какой-то момент между ними оказалось всего несколько метров. Голем замер, словно внезапно осознав опасность близости разъярённого орка. Диалог прекратился и на руинах воцарилась звенящая тишина, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием Гольдштейна.

Орк наконец заметил, как близко подошёл к своему пленнику. Инстинкт самосохранения пробудился даже сквозь пелену ярости. Он инстинктивно отшатнулся назад, внезапно осознав, что стоит на расстоянии вытянутой руки от одного из самых опасных магов города.

— Взять его! — закричал он запоздало, его голос эхом отразился от древних стен. — Немедленно!

Но подконтрольный мне голем не ждал, пока арбалетчики среагируют на команду. Он не атаковал заклинаниями, не выставлял защитные барьеры, не пытался телепортироваться. Вместо этого он просто выполнил свою единственную, запрограммированную функцию.

Контейнер в его грудной клетке, который я просил установить у Элары. Он активировался.

То, что произошло дальше, нельзя было назвать простым взрывом, ведь это была цепная реакция чудовищной мощи. Вся энергия, накопленная в искусственном теле голема за время его существования, вся магическая сила, которую Элара вложила в создание идеальной копии, плюс десятки энергетических кристаллов, сжатых в пыль и спрессованных в компактный заряд — всё это высвободилось одновременно.