Книга Я Скелет? Да вы издеваетесь!, страница 15 – Алексей Сказ, Паркер Прах

Они не бросились в бой, вместо этого остановились на почтительном расстоянии, и начали что-то оживлённо обсуждать на своём необычном, гортанном языке и скалить жёлто-коричневые зубы. Я напрягся, снова пытаясь понять их речь.

— Кур-ру-ка! (Беспомощные костяные трупаки), — самодовольно усмехнувшись, гоблин-толстячок обвёл нас, скелетов, своим странным дешёвым посохом, больше похожим на ветку с ближайшего дерева и так бахвалисто заговорил, словно выступает перед нами. Но слишком очевидно, что его публика именно гоблины. — Кар-ру ки укур-ра! (С пустой черепухой вы никогда не догадаетесь как убить великана слайма!)

Его речь слышалась под жутким акцентом, хоть смысл я и понимал. Как будто хриплый ребёнок пытается говорить на иностранном языке, но выглядит при этом как радостный скукоженный дедушка грязно-зелёного цвета.

— Кра-рук кара, кур-ра ри. Рук-ка и-ка! (Братья, полгода мы отбирали еду у нашего чада и не ели сами, чтобы кормить монстра. И так мы полностью его подчинили! Моя гений поистине велик, не забывайте! Моя предвещал эту встречу!)

А вот это, похоже, он сказал только для своих. Ему даже захлопали. Внезапно, в речь вожака вмешался всё тот же маленький гоблин.

— Я рук-ка! Я рук, икар! (И я тоже! И я тоже, вожак! Тоже помог!)

— Рак-ки па-ки бу! — вдруг прокричал толстый. Кажется, он имел ввиду что-то вроде «не перебивай старших, бесполезный паршивец», только грубый тон звучал скорее как поток мата.

И затем парочка других, как будто бы более «гоповатых» гоблинов быстро подсуетилась, оттащив его в уголок за длинные уши.

— Каяру-ри ра рук! Курр-ра! (Скелеты, готовьтесь отдать всё и сдохнуть! И настанет с этим оружием в наших руках новый рассвет гоблинского величия! Наконец, мы бросим мерзкие пещеры и подчиним весь верхний мир! У каждого из нас будет огромный гарем и вся возможная еда!)

Но тут вожака неожиданно одёрнули. Один из них, видимо, более внимательный, дрожащей рукой указал на то место, где недавно лежал слайм. Пусто! Лишь несколько синих пятен на рельсах свидетельствовали о его недавнем присутствии. Слайм, полгода обжиравший их деток был быстренько убит.

Лица гоблинов вытянулись во что-то неописуемое. Их радостные возгласы напрочь стихли, сменившись редкими недоуменными бормотаниями. Это было что-то гораздо большее, чем замешательство, что-то превзошедшее даже шок. Гоблины переглядывались друг с другом и казалось с каждой новой секундой уже начинанали яростно зыркать на вожака. Скромно… Так чтобы он случайно не заметил, боязливо. Но всё равно с явным упрёком.

Ещё несколько секунд и гоблин-вожак всё же понял растущие настроения. Его маленькие глазки заметно забегали, подыскивая варианты…

— Курари кура! кури! Ракури ру киру. (Невозможно это! Скелеты слишком тупые! А мой слайм просто уполз.) — затем он вдруг подпрыгнул на месте и указал всё на того же гоблина-шпиона. — Курва! Кури ракури!!! (Это всё его вина! Он вас сюда привёл!)

Удивительно, но этого хватило, чтобы вся их толпа стала дружно обвинять гоблина во всех бедах.

И всё же гоблины не стали рисковать. Без своего «гениального» препятствия, они явно не были готовы к прямому столкновению. Я почувствовал, как их решимость колеблется из стороны в сторону, между желанием отомстить и защитить свою честь, как их жадные глаза мечутся между мной и моими собратьями, а также своём собственном слабом оружии и количестве.