Книга Авалон. Последний Апокалипсис. Финал, страница 30 – Алексей Сказ, Николай Скиба

— ДАВАЙ! — крикнул Юки, нанося ещё один сокрушительный удар по основанию.

Моя «Эгида» засветилась ярким золотым светом и начала энергетически разрастаться в размерах.

Я разогнался и врезал щитом прямо в раскрывшуюся рану.

Удар был такой силы, что весь монолит накренился. Каменное основание треснуло с громким хрустом. Органическая плёнка на поверхности разорвалась, обнажая внутренности конструкции.

Катя грациозно оттолкнулась и прыгнула в сторону, приземлившись на корточки в нескольких метрах от меня. Её кинжалы всё ещё дымились.

Юки и я ударили одновременно с противоположных сторон. Наши клинки встретились где-то внутри конструкции, прорубив её насквозь.

Вспышка. Взрыв энергии.

Монолит раскололся.

Огромная трещина прошла через всю его высоту, разрывая органическую плоть на части. Потом ещё одна. И ещё. Они распространялись по поверхности со звуком ломающегося льда. Алые вены перестали пульсировать. Ядро разорвалось с отвратительным чавкающим звуком, выплёскивая последнюю волну скверны.

Конструкция содрогнулась всей массой. Руны погасли одна за другой. Свечение исчезло.

И монолит рухнул.

Он рассыпался на куски мёртвой плоти и камня с громким грохотом, поднимая облако пыли и брызг скверны. Обломки разлетелись по залу, некоторые достигли стен.

Тишина.

Только эхо разрушения медленно затихало в огромном зале.

Я тяжело дышал, глядя на обломки. Скверна вокруг основания начала медленно рассеиваться, теряя источник энергии, но не умирая. Она всё ещё пыталась расползтись по стенам, но гораздо медленнее.

Всё заняло секунд десять. От появления монолита до его уничтожения.

Я медленно поднял голову, глядя наверх, в пролом.

Там, на краю дыры второго этажа, стояли Роман, Василий и остальные мастера клана. Их лица выражали абсолютный шок.

Роман смотрел на нас, как на призраков. Его рот был приоткрыт, а глаза расширены.

Сергей Александрович стоял чуть поодаль. Лицо бледное, руки сжимались и разжимались в кулаки.

Он встретился со мной взглядом.

— Теперь веришь? — негромко спросил я, но в этой мёртвой тишине зала каждое слово прозвучало отчётливо.

Сергей Александрович не ответил. Он просто стоял, глядя на обломки монолита, на расползающуюся скверну, на нас — вооружённых и готовых к бою.

Где-то в глубине особняка завыла сирена. Резкий, пронзительный звук разрезал тишину.

Потом ещё одна. И ещё.

Роман первым среагировал. Он рванулся к окну, распахивая створки настежь. Холодный ночной воздух ворвался в кабинет.

— Господи… — прошептал Виртуоз.

Я подошёл к краю пролома в полу кабинета и, оттолкнувшись ногой от обломка, запрыгнул обратно на второй этаж. Команда последовала за мной. Пройдя через разрушенный кабинет к панорамным окнам, я замер.

Город горел.

Не в буквальном смысле. Но по всему Питеру вспыхивали очаги хаоса. Я видел вспышки взрывов в разных районах, столбы дыма поднимались к почерневшему небу. Сигналы тревоги выли отовсюду — полицейские, пожарные, скорой помощи.

— Включите новости! — рявкнул Димон, метнувшись к огромному экрану на стене кабинета, который чудом уцелел.

Василий схватил пульт. Экран вспыхнул.

Первый канал. Студия в полном хаосе. Ведущая — обычно невозмутимая профессионалка — говорила срывающимся голосом, читая бегущую строку.

«…сообщения поступают из всех крупных городов России. Москва, Санкт-Петербург, Екатеринбург, Новосибирск… Неизвестные объекты материализовались в населённых пунктов. Очевидцы сообщают о…»