Книга Пока еще зомби? Ну ничего!, страница 46 – Алексей Сказ

А Ника? Она наблюдала за этим с откровенным, хищным смаком. Ее губы изогнулись в предвкушающей улыбке, а в желтых глазах плясали демонические огоньки. Она наслаждалась этим зрелищем — этой первобытной, неконтролируемой мощью, направленной на нее. Она не пыталась выставить блок, не готовила заклинание. Она просто стояла и ждала до самого последнего момента.

Это был не бой. Это было издевательство, хореографом в котором выступала сама смерть. Танец матадора с обезумевшим быком.

Когда до нее оставался всего метр, когда, казалось, столкновение уже было неминуемо, Ника двинулась. Это было не уклонение, не отскок. Ее тело словно потеряло вес, превратилось в дымчатый силуэт и без малейших усилий скользнуло в сторону. «Бык», несущийся на полной скорости, не смог ничего изменить. Со всей своей яростью и массой он врезался в каменную стену позади того места, где только что стояла Ника.

Раздался оглушительный грохот. Каменная крошка и пыль взметнулись в воздух. На стене осталась внушительная вмятина, а сам «Бык», получив урон от собственного рывка, лишь яростнее взревел и, развернувшись, снова бросился на нее.

И снова та же картина. Он несется вперед, она, с грацией балерины, уходит с линии атаки в последнее мгновение. Он врезается в сталагмит, превращая его в обломки. Он снова атакует. Она отпрыгивает, и его секира с чудовищной силой впечатывается в пол, оставляя глубокую борозду.

Пещера наполнилась грохотом его ударов и его же яростным, бессильным ревом. А Ника танцевала. Она не наносила серьезного урона. Она кайтила его, используя стандартную тактику измождения. Проносясь мимо, она лишь изредка чиркала по его телу своими черными когтями или хлестала его кончиком хвоста, оставляя неглубокие, но унизительные порезы. Каждый такой удар был не столько атакой, сколько насмешкой, еще больше раззадоривая его и заставляя бездумно тратить драгоценную выносливость и живучесть.

Наконец, эффект «Ярости» закончился. Багровый свет в глазах «Быка» потух. Его мышцы, до этого казавшиеся стальными, обмякли. Он замер посреди зала, тяжело дыша, как загнанная лошадь. Весь покрытый пылью и мелкими ссадинами, с секирой, опущенной к земле, он был полностью вымотан.

В этот самый момент уязвимости Ника завершила свой танец.

Она перестала кружить вокруг него. Бесшумно, словно призрак, она подошла к нему вплотную. Огромный воитель увидел ее, попытался поднять оружие, но его руки, налитые свинцом, не послушались. Ника протянула свою изящную руку и схватила его за подбородок, заставляя посмотреть ей в глаза. Он попытался сопротивляться, замычал, но сил уже не было.

Их взгляды встретились. На секунду в его глазах промелькнул остаток ярости, но он тут же утонул в бездонной глубине ее демонических очей. Второй готов.

«Бык» тяжело рухнул на колени. Его огромное тело содрогнулось, и из его груди вырвался протяжный, жалобный вой. Это был не крик боли. Это был крик радости от преклонения перед своей госпожой!

Уклоняясь от потока кислоты, который «Посланник» изрыгнул в стену позади меня, краем глаза заметил, что расстановка сил в центре пещеры снова изменилась. «Бык» лежал на коленях, поверженный и укрощенный. Из четырех лидеров в строю оставались только двое: «Бульдог» и их главный босс.

И «Бульдог» был по-настоящему серьезен. На его испещренном шрамами лице не осталось и следа от былой надменности или ярости. Теперь оно превратилось в холодную, расчетливую маску. Он видел, что ни ментальная атака в лоб, ни грубая сила не сработали. Он понял, что имеет дело с чем-то, что не вписывается в его картину мира. А значит, пришло время действовать хитрее.