Книга Пока еще зомби? Ну ничего!, страница 39 – Алексей Сказ

С каждой поглощенной «Посланником» жертвой багровые руны на алтаре вспыхивали все ярче, их свет пульсировал, словно вторя ударам невидимого сердца. И с каждой вспышкой от алтаря к телам лидеров тянулись тонкие, едва заметные энергетические ручейки. Я активировал «Оценку» на Бульдоге, наблюдая за процессом в реальном времени.

Цель: Бруно «Бульдог»

Статус: Получает временный эффект «Благословение Жатвы»

Эффект: +10 % ко всем характеристикам (суммируется). Длительность: 1 час. Получение 10 % ОС от каждой жертвы в радиусе.

Их шкалы ОС медленно, но верно ползли вверх. Они получали прямое усиление от каждой смерти, становясь сильнее с каждым оборвавшимся криком.

Но это лишь крохи, — проанализировал я, видя общую картину. — Десять процентов им, не больше. Основной поток, все девяносто процентов энергии, жадно всасывает в себя алтарь, а оттуда энергия уходит прямо в пасть этому каменному идолу. Они не хозяева процесса. Они лишь мелкие прихлебатели, которым позволено слизнуть капли со стола после пиршества их господина.

Наконец, последняя жертва исчезла в пасти «Посланника». Тварь издала довольное, глубокое урчание, от которого по полу прошла вибрация. Резня окончилась. Наступила почти абсолютная тишина, нарушаемая лишь звуком капающей с потолка воды, тихим, затухающим пением культистов и паническими, сдавленными всхлипами немногих выживших, сбившихся за моей спиной. Эта тишина давила на уши сильнее, чем крики.

И тут тварь медленно, с ленцой сытого хищника, повернулась к нам — последней горстке выживших. Нас было семеро. Я, Ника, брат с сестрой и еще трое бедолаг, что инстинктивно прижались к нам, видя, что это единственное безопасное место в этой преисподней.

Она двинулась к нам. Медленно, неумолимо. Каждый шаг ее многочисленных хитиновых лап отдавался сухим, скрежещущим стуком по каменному полу. Мусорщик и сестра вцепились друг в друга, их лица были белыми от ужаса. Сестра зажмурилась, ожидая смерти. Мусорщик же, наоборот, смотрел на тварь широко раскрытыми глазами, в которых плескался животный ужас.

Подойдя на несколько метров, существо остановилось. Его многочисленные фасеточные глаза, похожие на россыпь черного стекла, сфокусировались на мне. Оно наклонило свою уродливую голову, издавая низкий, стрекочущий звук — звук крайнего замешательства, какой издает программа, столкнувшись с неразрешимой ошибкой в коде. В его примитивном, инстинктивном сознании произошел сбой.

Оно чувствовало мою не-живую природу, мой высокий Эволюционный Индекс. Очевидно, я для него — не еда. Я — аномалия. Нечто неправильное, чужеродное, чего не должно быть в его простой программе «найти-сожрать-передать энергию».

Я не отвел взгляд. Я сознательно позволил холодному, нечеловеческому интеллекту, что скрывался за моей зомби-оболочкой, просочиться наружу. Мои голубые глаза, лишенные зрачков, вспыхнули ярче, и я уставился на тварь. Это был не вызов. Это было утверждение. Утверждение того, что перед ним не просто очередной кусок мяса, а хищник другого, непонятного ему порядка. Наши взгляды сцепились. Мои два огонька против его сотен черных бусинок. И я почувствовал, как оно дрогнуло. Давление, которое я бессознательно излучал, заставляло его нервничать.

После нескольких секунд напряженного изучения, тварь издала разочарованный, почти обиженный клекот. Она сделала шаг назад, потом еще один, и, не спуская с меня своих глаз, медленно, бочком, отползла назад, к алтарю, где и свернулась у его подножия, словно верный, но сбитый с толку пес.