Книга Я все еще зомби? Нехорошо!, страница 100 – Алексей Сказ

Я вспомнил мерзкую тварь, которую мы взорвали изнутри. Инкубатор. Место рождения этих существ. От одной мысли об этом стало не по себе.

— Это… столовая, Господин, — Хар-Нук указал на другой проход. — Там… аборигены… которых еще не переработали… или которых… готовят… к… употреблению.

Я почувствовал, как меня передернуло. Митяй рядом издал тихий, но полный отвращения звук. Столовая. Место, где импы ели людей. Это было… слишком реально. Слишком ужасно. Это не игра. Это ад.

— А это… Яма, Господин, — его голос дрогнул. — Туда… сбрасывают отходы… и… тех, кто больше не нужен. Или… тех, кого… хотят наказать. Там… концентрируется негативная энергия. Для ритуала…

Яма. Место страданий и смерти. Источник негативной энергии. Я вспомнил свой квест. Точки Силы. Ритуал. Все это было связано. Страдания людей, их смерть — это топливо для призыва их Владыки.

Моя решимость укрепилась. Эти твари… они не просто мобы. Они… зло. Чистое, концентрированное зло, которое использует людей, как чистый ресурс. И судьба у них лишь одна — стать теперь нашим ресурсом — нашей экспой!

Митяй, кажется, тоже был потрясен. Его обычное ЧСВ и геймерские комментарии умолкли. Он смотрел на проходы, ведущие в эти места ужаса, с выражением, которого я раньше у него не видел — смесь шока, отвращения и ярости.

«Митяй: Кэп… это… это не мобы… это… твари… их нужно… уничтожить… всех…» — его мысленный голос был низким, лишенным обычной легкости.

«Зомбак: Согласен. Но сначала — Нико. Она может быть в одном из таких мест. Или… в плену. Наша задача — найти ее. И спасти.»

Беспокойство за Нико нарастало с каждым шагом. С тех пор, как я видел ее через Зелье Ясновидения, ничего о ней не было известно. Она была где-то здесь, в этом лабиринте ужаса. Одна. Она прячется, или, что еще хуже, попала в руки этих тварей. Я знал, что она сильная, что она саппорт, способный выживать и действовать скрытно. Но она была одна. Против такого количества врагов.

Хар-Нук продолжал вести нас по лабиринту, обходя основные секторы. Мы двигались к той части логова, где, по его словам, содержались пленники. Там, где могли находиться те, кого еще не успели… переработать.

Наконец, тоннель привел нас в большое помещение. Стены были испещрены нишами, закрытыми грубыми решетками. Клетки. Тюрьма.

За решетками виднелись фигуры людей. Скорчившиеся, изможденные, некоторые раненые. Мужчины, женщины, дети. Они сидели в грязи, в полумраке, их лица были полны отчаяния и страха.

Мы остановились у одной из клеток. Запах гнили, страха и нечистот ударил в нос. Я использовал «Ночное Видение», осматривая пленников. Искал знакомое лицо. Лицо Нико.

Я прошел вдоль ряда клеток. Митяй шел рядом, тоже вглядываясь.

Но Нико… Нико здесь не было. Я остановился. Разочарование и тревога смешались. Если ее нет здесь… где она? У этих тварей есть другие тюрьмы? Или ее уже… нет? Или она все еще где-то прячется?

«Зомбак: Ее тут нет, Митяй. Ни в одной из этих клеток.» — мысленно сказал я, чувствуя, как нарастает волнение.

«Митяй: Что⁈ Нет⁈ Но… где же она тогда⁈ Этот ублюдок Хар-Нук, он точно сказал, что пленники здесь⁈» — Митяй повернулся к Хар-Нуку, который стоял поодаль, прижавшись к стене.

«Хар-Нук: Д-да, Господин! Пленники… здесь! Это… это главная тюрьма! Всех… всех привозят сюда! Я… я не лгу!»