Книга Шеф с системой. Трактир Веверин, страница 109 – Тимофей Афаэль

— Его? — Степан хмыкнул. — Их с Алексеем даже вражеское войско не остановило. А ты говоришь — мне.

Он подошёл к окну. Во дворе мелькнула фигура княжича — Ярослав нёсся к княжеским покоям, перепрыгивая через ступеньки.

Как мальчишка, — подумал Степан. — Был как в воду опущенный, а тут — одно письмо, и словно подменили.

Он покачал головой и пошёл отдавать распоряжения. Обоз сам себя не соберёт.

Ярослав влетел в покои отца без стука.

Святозар Соколов сидел за столом, заваленным бумагами, и что-то писал. Перо замерло на полуслове, когда дверь грохнула о стену.

— Отец! — выпалил Ярослав с порога. — Алексей нашёлся!

Князь медленно и аккуратно отложил перо, как делал всё. Поднял глаза на сына и несколько секунд молча его разглядывал.

— Закрой дверь, — сказал он наконец. — И рассказывай. С начала.

Ярослав захлопнул дверь, подлетел к столу и швырнул на него письмо.

— Гонец прибыл. Алексей в Вольном Граде. Живой, здоровый. Открыл какой-то трактир, к нему знать ездит. И ему нужна помощь.

Святозар взял письмо, прочитал. Лицо его не изменилось, но Ярослав заметил, как чуть расслабились плечи отца. Тоже переживал, значит. Тоже думал.

— Сыр и колбаса, — произнёс князь. — Интересная помощь.

— Он пишет — битва. Значит, дело серьёзное.

— Он пишет — мечи не понадобятся.

— Отец! — Ярослав упёрся кулаками в стол. — Ты же знаешь, как он говорит! Всегда загадками, намёками. Если пишет про битву — значит, влез во что-то опасное. Ему нужна поддержка.

Святозар откинулся на спинку кресла, сложил пальцы домиком.

— И ты хочешь ехать сам.

— Да.

— С обозом сыра.

— С обозом сыра и десятком дружинников.

— Зачем дружинники, если мечи не понадобятся?

Ярослав открыл рот, закрыл. Отец смотрел на него с лёгкой усмешкой в глазах — не насмешливой, скорее понимающей.

— Потому что я не знаю, что там на самом деле, — сказал Ярослав честно. — И хочу быть готов ко всему.

Святозар молчал. Долго, невыносимо долго. Ярослав чувствовал, как внутри всё сжимается от нетерпения, но заставил себя ждать. С отцом спешка не работала.

— С самого его отъезда, — заговорил наконец князь. — Ты ходил как в воду опущенный. Работал, да. Вникал в дела, как я просил, но я видел, что ты здесь только телом, а сейчас влетаешь, глаза горят, готов коня седлать прямо в кабинете.

— Отец…

— Алексей тебе не просто друг, — продолжил Святозар. — Он тебе брат. Такое не выбирают, оно само случается. Я это вижу и уважаю.

Он поднялся из кресла, подошёл к окну. Посмотрел на двор, где уже суетились люди — Степан, видимо, начал готовить обоз.

— Езжай, — сказал князь, не оборачиваясь.

Ярослав выдохнул. Не понял даже, что задерживал дыхание.

— Спасибо, отец.

— Погоди благодарить. — Святозар обернулся. — Десяток дружинников — мало. Возьми двадцать и Ратибора.

— Ратибора?

— Он засиделся не меньше твоего. Только виду не подаёт. — Князь усмехнулся. — И передай Алексею… Передай, что двери крепости для него всегда открыты. Пусть помнит.

Ярослав шагнул к отцу и крепко, по-мужски обнял его. Святозар похлопал его по спине.

— Береги себя и его тоже береги. Он умный, но лезет в неприятности чаще, чем любой дурак.

— Я знаю, — рассмеялся Ярослав. — Потому и еду.

Он вылетел из покоев и понёсся через двор к казармам.

— Ратибор!

Старый воевода стоял у коновязи, проверяя упряжь. Седые усы, шрам через левую щёку. Он повернулся на крик и поднял бровь.