Книга Шеф с системой. Империя вкусов, страница 40 – Тимофей Афаэль

— А платить будешь? Или опять обещаниями кормить?

В его голосе прозвучала горечь человека, которого уже не раз обманывали.

— Буду платить. Половину вперёд, половину по завершении, но есть условие.

— Какое? — насторожился плотник.

— Работаешь только трезвым. Придёшь пьяный — деньги не получишь и домой отправлю. Без скандала, без обид, просто развернёшься и уйдёшь. Договорились?

Степан поморщился:

— Я и пьяный работаю хорошо. Руки помнят, что делать.

— Не сомневаюсь, — спокойно ответил я, показывая на его инструменты. — Пьяница бы их так не держал. Вопрос — хочешь ли ты работать на моих условиях или нет?

Он помолчал, глядя мне в глаза. Оценивал — серьёзно ли я говорю или просто высокомерный богач, который любит читать мораль.

— А сколько платишь? — наконец спросил он.

Я назвал сумму, которая бы и меня устроила, и его.

Степан удивлённо поднял брови:

— Это… много. За такие деньги половина плотников в городе готова работать.

— Но я пришёл к тебе, — сказал я. — Потому что Варя сказала — руки у тебя золотые. Мне нужна качественная работа, не халтура.

Он посмотрел на Варю, та кивнула:

— Правда говорю, Степан. Ты хороший мастер. Просто… запустил себя.

Плотник провёл рукой по лицу. В его глазах мелькнуло что-то — стыд? Надежда? Трудно было сказать.

— Ладно, — буркнул он наконец. — Попробую. Только если завтра утром голова раскалывается — не ори на меня. Дай часок прийти в себя, и работать буду.

— Договорились, — согласился я. — Приходи завтра в восемь утра. Адрес знаешь — дом Кондратьевых.

— Хороший дом, — усмехнулся Степан. — Только порядок немного навести.

— Время покажет. Итак, завтра в восемь?

— Буду, — кивнул плотник и уже собирался закрыть дверь, но вдруг остановился. — Слушай, хозяин. А если я… сорвусь? Опять запью?

— Тогда я найду другого плотника, — честно ответил я. — Но дам тебе второй шанс через неделю. Я не твоя совесть и не твоя нянька. Я просто человек, который даёт работу. Берёшь — бери. Не берёшь — не бери.

Степан молча кивнул и закрыл дверь.

Когда мы отошли, Варя недоуменно посмотрела на меня:

— Опять Степан запил. Я думала он сейчас не пьет, потому и привела тебя сюда. Зачем ты его нанял? Может не прийти завтра, может прийти пьяным, может вообще работу бросить через день.

— Может, — согласился я. — Но я видел его инструменты. Видел, как он на них смотрит. Для него плотницкое дело — не просто работа. Это всё, что у него осталось. Люди не просто так пьют, Варя. Кто-то от скуки, это да, но Степан пьёт от горя. Горе можно вылечить.

— Чем? Добрыми словами? — скептически спросила она.

— Работой, — ответил я. — Достойной платой и тем, что кто-то в тебя поверил, когда все остальные уже махнули рукой. Может, не сработает. Может, он завтра придёт пьяный, и я его отправлю, но если есть хотя бы шанс вернуть хорошего мастера к жизни — я попробую.

Варя задумалась, медленно кивая:

— Ты странный, Александр.

— Я вижу не то, что человек есть сейчас, — сказал я. — А то, кем он может стать, если ему дать шанс.

В её глазах мелькнуло понимание. Может быть, она вспомнила себя вчерашнюю — дикую, злую, с ножом в руке, готовую драться за свой дом. И то, как я увидел в ней не врага, не попрошайку, а партнёра. Как накормил и предложил строить будущее вместе.

— Спасибо, — тихо сказала она.