Книга Шеф с системой. Империя вкусов, страница 16 – Тимофей Афаэль

Внутри царила атмосфера сдержанной роскоши. Дубовые панели на стенах, добротная мебель, несколько картин в дорогих рамах. За массивным письменным столом сидел сам хозяин — худощавый мужчина лет пятидесяти с острыми чертами лица и цепким взглядом. На нем был дорогой камзол из тонкого сукна, а на пальцах поблескивали золотые перстни. Типичный ростовщик — считал каждую копейку и помнил каждый долг.

— Добро пожаловать, господа, — поклонился он, вставая навстречу. — Касьян Скорохват к вашим услугам. Чем могу помочь?

— Александр Владимирович, торговец с севера, — представился я, окидывая взглядом контору. — Ищу, куда бы серебро свое пристроить с пользой.

Глаза ростовщика заблестели — человек с деньгами, ищущий, куда их вложить, всегда был желанным клиентом.

— Превосходно! — потер руки Касьян, указывая на кресла перед столом. — Присаживайтесь, прошу! Что вас интересует? Дом для житья или лавка торговая? Если лавка, то с гильдией сперва договориться надо, дело непростое. В какой части города присматриваете?

— Смотрю разное, — сел я в кресло. — Нужен дом, да такой, чтобы со временем в цене поднялся. Не обязательно в самом центре. Слышал я, на окраинах, в Слободке да в Гончарном ряду, есть любопытные дома.

— А, так вы человек дальновидный! — одобрительно кивнул ростовщик. — Мудрое решение. В центре земля уже на вес золота, а окраины и впрямь недооценены. Пройдет лет десять-двадцать, город разрастется, и цена там втрое поднимется.

Он открыл большой ящик стола и достал оттуда несколько свитков: — У меня как раз есть несколько дворов в тех местах. И все чистые, без чужих прав и долгов.

Касьян разложил перед нами несколько свитков с планами и описаниями: — Вот двор в Гончарном ряду. Небольшой, но в добром состоянии. Два этажа, двор просторный. Хозяин — гончар, к сыну в другой город перебирается. Цену просит божескую.

Я внимательно изучил документ: — Двор большой, это хорошо. А соседи кто?

— Люди порядочные. Ремесленники в основном. Место тихое, спокойное.

— А чего хозяин продает?

— Стар стал. Руки уже не те, а работа гончара силы требует. Сын к себе зовет, с внуками нянчиться.

— Понятно. Маловат для моих замыслов, — покачал головой я. — Что еще есть?

— Вот этот, на Слободке, — Касьян показал другой документ. — Поболе будет. Два этажа, с большим погребом. Хозяин спешит с продажей, готов цену скинуть.

— А ему какая спешка?

— Да дела семейные. Наследство в другом городе получил, туда насовсем и переезжает.

Я внимательно изучил план, задал несколько вопросов о том, крепкий ли сруб, не течет ли крыша. — А какова с него подать в городскую казну?

— Пустяковая. Район не самый знатный, потому и сбор невелик.

— А с соседями как? Не лихие люди?

— Народ простой, рабочий. Если по-людски с ними, так и они к тебе с добром.

— Любопытный вариант, — отложил я документ. — Еще что есть?

Ростовщик показал еще несколько объектов. Я внимательно выслушивал, задавал вопросы, делал вид, что сравниваю и взвешиваю. И только когда все предложения были рассмотрены, я небрежно указал на самую толстую папку в углу стола:

— А это что за дом? Бумаг много, значит и дом непростой.

— Ах, это… — Касьян замялся. — Это особый случай. Купеческий дом на Слободке. Большой, каменный, когда-то очень дорогой был.