Книга Шеф с системой. Гамбит повара, страница 92 – Тимофей Афаэль

— Я сделал, как он велел, — продолжил мальчик, вытирая слезы рукавом. — Я бежал через огороды, прокрался к дому, перерезал ножом привязь и вскочил на гнедого. Он был напуган, рвался, но я вцепился в гриву. Я не посмел скакать через село. Повел его к лесу, на холм и оттуда уже к крепости.

Он рассказал, как уже на холме, прячась в кустах и успокаивая коня, видел весь ужас. Как воины Морозовых сгоняли всех, кто остался в живых, на площадь. Как вытащили на середину старосту Мирона и как их главный, в волчьей шкуре, лично отрубил ему голову.

— Они ушли после этого? Ты видел стяги? — тихо спросил я.

Тимоха отрицательно замотал головой.

— Нет. Они остались. Они согнали всех наших людей в амбар старосты, заперли и выставили стражу. К селу подходили еще отряды с телегами. Дальше я не стал ждать и поскакал к вам просить о помощи…а стяги. У них были стяги Морозовых.

Я слушал его, и во мне поднималась черная ярость, какой я не чувствовал никогда в жизни. Этот мальчик не просто сбежал. Он выполнил приказ своего отца, приказ воина. Он рискнул всем, чтобы принести весть и дать нам шанс спасти тех, кто остался.

Степан Игнатьевич дал знак страже.

— Уведите мальчика сначала к лекарям. Накормите, оденьте, дайте ему лучшую комнату. Он — гость князя, — он глянул на Тимоху. — А ты, пока никому ни слова. Твой рассказ может разжечь панику.

Тимоха серьезно кивнул.

— Я Матвея попрошу, чтобы он его к нам временно забрал, — сказал я управляющему. — Нельзя его сейчас одного оставлять.

Степан Игнатьевич молча кивнул. Когда дверь за ребятами закрылась, управляющий медленно поднялся и подошел к карте. Он долго смотрел на маленькую точку с надписью «Заречье».

— Это не набег, — сказал он наконец, и его голос был тихим и смертельно опасным. — Это война. Они окопались на нашей земле и бросили нам вызов, на который мы не можем не ответить. — Ступай к себе, Алексей, а я пойду к князю. Сейчас, наверняка, объявят совет.

Мы готовились к раздаче ужина, когда дверь распахнулась. В проеме стоял Ярослав. Он не просто был в ярости. Княжич был раздавлен.

— Алексей, — выдохнул он, входя на кухню. Мои поварята затихли.

— Княжич, — я подошел к нему. — Каково решение?

Он с грохотом опустил кулак на дубовый стол.

— Решение⁈ Решение — сидеть и ждать! — в его голосе звенела горечь и унижение. — Мне отказали.

Он подошел к столу и оперся на него руками, опустив голову.

— Ты сам слышал рассказ Тимохи. Ты видел его глаза, но отец и Ратибор… они видят в этом ловушку. Они считают, что Морозовы намеренно нас провоцируют, чтобы мы вывели войска из крепости. Они хотят собирать ополчение, укреплять границы… ждать!

Он посмотрел на меня, и в его глазах пылала бессильная ярость.

— Ждать, Алексей. Пока враг укрепляется на нашей земле! Они хотят сидеть и думать. А я… я так не могу.

Он отошел от стола и в отчаянии провел рукой по волосам.

— Что мне делать, Алексей? Я не могу просто сидеть здесь. Ты — мой советник. Посоветуй.

Я молчал, но мой мозг работал с бешеной скоростью. У этой ситуации было две стороны. Ярослав прав — бездействие это позор, смерть для людей и репутационные потери. А еще это сигнал врагам, что мы утремся — бейте еще.

С другой стороны старые волки, Степан и Ратибор, правы по-своему. Бросать все силы в неподготовленную атаку на врага, который ждет тебя — это самоубийство. Морозовы не дураки. Они наверняка приготовили ловушку. Получался замкнутый круг.