Книга Шеф с системой в новом мире, страница 142 – Тимофей Афаэль

В тот самый момент, когда бояре начали перешептываться, а на лице управляющего проступило удовлетворение, Демьян понял, что его план не просто провалился — он обернулся против него. Он привел сюда влиятельных людей, чтобы они стали свидетелями моего провала, а вместо этого они стали свидетелями нашего триумфа.

В панике, теряя свое хваленое самообладание, он решил пойти ва-банк и использовать свой последний, как ему казалось, неопровержимый козырь.

— Стойте! — взревел он, его голос сорвался от ярости. — Вы все ослепли! Это не сила! Это темное колдовство!

Он выхватил из-за пояса маленький кожаный мешочек — один из тех самых, что был украден у меня, — и высыпал на ладонь несколько моих драгоценных, высушенных трав и ягод.

— Вот! Вот его колдовство! — кричал он, тыча пальцем в свою ладонь и обращаясь к боярам. — Этим он опаивает нашего княжича! Я уверен, он подмешивал их в еду! Это яд, который туманит разум и дает ложную, бесовскую силу!

Все взгляды устремились сначала на его ладонь, где лежали непонятные, высохшие растения, а затем на меня. Я ждал этого момента. Выйдя из тени Борислава и, подойдя ближе, почтительно склонил голову.

— Простите мою дерзость, уважаемый лекарь, — сказал я с самым невинным и почтительным видом, на какой был способен. Мой голос звучал тихо, но в наступившей тишине его слышал каждый. — Но вы, должно быть, что-то путаете. Сегодня на обед княжич ел не травы.

Я сделал паузу, давая всем осознать мои слова.

— Он ел мясные шарики. Из говядины, черного перца и семян горчицы. Из общей кладовой. Любой повар на кухне может подтвердить. Хотите, я принесу вам список продуктов, утвержденный господином управляющим?

На ристалище повисла мертвая тишина.

Демьян замер с протянутой рукой, на которой лежали его «улики». Его лицо вытянулось, а затем побагровело от внезапно нахлынувшего ужаса осознания. Он попал в ловушку. В простую, но гениальную ловушку.

Все бояре смотрели на него, и на их лицах недоумение сменялось презрением. Он, великий лекарь, только что на глазах у всех с пеной у рта доказывал, что обычная горчица и перец — это темное колдовство. Он выставил себя полным, абсолютным идиотом. Его репутация как мудрого эксперта, строившаяся десятилетиями, рухнула в один миг, разбившись о мои простые фрикадельки.

И в этот момент, когда, казалось, унижение уже достигло предела, я сделал шаг вперед и с невинным любопытством посмотрел на его ладонь.

— А это, простите, — сказал я, указывая на высушенные растения, — это же «Соколиный глаз» и «Змеиный корень»? Очень полезные травы. Первая остроту зрения улучшает, а вторая — гибкость суставов. Вы, как главный лекарь, конечно же, знали об их свойствах?

Я задал этот вопрос с самым искренним и уважительным видом. И этот вопрос стал последним гвоздем в крышку гроба его репутации. Он приписал обычным растениям колдовские свойства.

— Знал, но эти травы нельзя использовать для еды! — возмутился он, а потом осмотрелся по сторонам и тут до него дошло, в какую яму он сам себя загнал.

— Как видите, можно, — пожал я плечами. — В нашем роду использовали.

Он сжал кулак, пряча «улики», и его плечи ссутулились, словно он постарел на двадцать лет за одну минуту. Не говоря ни слова, он развернулся и, спотыкаясь, почти бегом, покинул тренировочный двор, унося с собой свой позор.