Книга Шеф с системой в новом мире, страница 119 – Тимофей Афаэль

Бой был окончен.

Оглушительная тишина повисла над ристалищем. Радим медленно опустил свой меч. Провел пальцами по щеке, затем глянул на Ярослава. В его глазах не было злости, лишь уважение воина к тому, кто смог перехитрить его. Он коротко, по-военному, кивнул и отступил на шаг, признавая поражение в этом раунде.

Все взгляды обратились к помосту. Лекарь Демьян стоял, сжимая свой посох, его лицо было искажено гримасой ярости и унижения. Он проиграл.

Князь Святозар медленно поднялся. Его лицо было непроницаемо, как камень. Он спустился на арену, и толпа безмолвно расступилась перед ним. Он подошел прямо к сыну, игнорируя всех остальных. Положив тяжелую руку ему на плечо, посмотрел ему прямо в глаза.

— Я вижу, ты не сидел сложа руки, — его голос был суровым, но в нем не было прежнего разочарования. — Твой повар и управляющий не обманули меня. Ты показал стойкость, но не обольщайся. Радим — это не Морозов. У тебя осталось несколько дней, чтобы подготовиться к настоящему бою. Не опозорь имя Соколов.

Сказав это, он развернулся и так же молча пошел прочь, оставляя за собой последнее слово.

Толпа, получив сигнал, начала медленно расходиться, возбужденно обсуждая увиденное невероятное зрелище.

Мы остались одни посреди пустеющего двора: Ярослав, тяжело дышащий, но стоящий прямо, я и безмолвный Борислав. Мы победили в этой схватке. Мы получили отсрочку и официальное разрешение продолжать.

Но давление не спало. Оно лишь изменило форму. Теперь от нас ждали не просто достойного выступления. От нас ждали настоящей победы.

В большом зале и на общей кухне, куда доносился гул голосов со двора, новость о поединке распространялась быстрее огня. Она передавалась среди слуг шепотом, с испуганными оглядками и возбужденным блеском в глазах.

Две молодые служанки, Анна и Дуняша, торопливо протирали оловянные кубки, но все их внимание было приковано к разговору.

— Ты слышала? — шептала круглолицая Дуняша, ее глаза были круглыми от изумления. — Княжич наш… он с самим Радимом бился! И устоял!

— Да не просто устоял! — горячо возразила Анна, худенькая и быстрая. — Мне Мишка-оруженосец шепнул, он там был… Говорит, княжич ему кровь пустил! Радиму! Тот сам бой остановил и победу признал!

Дуняша ахнула и прижала руки к губам.

— Не может быть… Как? Он же еле на ногах стоял еще недавно.

— Колдовство, — убежденно прошептала Анна, понижая голос. — Это все тот новый поваренок, Алексей. Говорят, он ему какое-то зелье дал. Такое, что княжич стал быстрее ветра и сильнее медведя.

— Тише ты, дура! — одернула ее старшая кухарка Аграфена, проходившая мимо с охапкой чистого белья. — Услышит кто, так языков лишитесь обе. Не ваше это дело, в княжеские игры лезть.

Девушки испуганно замолчали, но было поздно. Слух уже пошел гулять по крепости, обрастая самыми невероятными подробностями.

В другом конце зала, у дверей, ведущих в покои лекарей, ученик Демьяна со страхом смотрел на своего учителя. Седобородый лекарь только что вернулся с ристалища, и его лицо было темнее грозовой тучи. Он с такой силой сжимал свой резной посох, что костяшки побелели.

— Шарлатан… — проскрежетал он сквозь зубы так тихо, что его едва расслышал только ученик. — Отравил разум княжича своим колдовским варевом… Ничего. Отец-князь не слепой. Он еще увидит правду. Я докажу им… всем докажу…