Книга Темный Лорд Устал. Книга X, страница 62 – Тимофей Афаэль, Алексей Сказ

А потом он увидел кое-что странное.

В глазах Воронова на секунду мелькнуло удовлетворение человека, который словно ждал определённого результата и наконец его получил. Это выражение исчезло так же быстро, как появилось, но Брусилов успел его заметить и не понял, что оно означает.

Воронов откинулся на спинку кресла и слегка повёл рукой, словно отмахиваясь от назойливой мухи.

— Раз уж тебе так не сидится на месте, генерал Брусилов…

Голос звучал скучающе, как у человека, которому надоело слушать одни и те же жалобы и который решил наконец от них избавиться самым простым способом.

— … докажи мне, что ты полезнее в поле, чем на грядках.

Брусилов почувствовал, как сердце ударило сильнее. Он не ослышался?

— Я даю тебе разрешение — продолжил Воронов тем же ленивым тоном. — Покажи мне, на что ты способен.

Триумф разлился по груди горячей волной, и Брусилов едва удержался от того, чтобы не вытянуться по стойке смирно и не гаркнуть «Служу Эдему!» как в старые времена. Он добился своего. Уговорил, убедил, получил то, за чем пришёл. Снова в деле, снова при оружии, снова генерал, а не фермер!

Он даже не заметил, как Захаров за его спиной едва заметно качнул головой, глядя на Воронова с выражением человека, который видит старый знакомый фокус. Брусилов, увы, так и не понял, что его амбиции и нетерпение были просчитаны заранее, а золотая клетка с карпами была не наказанием, а инкубатором, в котором боевой волк должен дозреть до нужной кондиции.

Наконец Воронов подался вперёд.

— Теперь о правилах игры, генерал.

Брусилов слушал, стараясь запомнить каждое слово.

— Никаких ковровых бомбардировок, — Воронов загнул палец. — Полномасштабных фронтов, танковых клиньев, артподготовки и всего того, к чему ты привык за тридцать лет командования. Мне нужны рабочие инфраструктуры, заводы, дороги, мосты и электростанции, а не пепелища, на восстановление которых уйдут годы.

Брусилов кивнул, принимая условие. Он и сам понимал, что разрушать легко, а строить долго и дорого. Империя и так лежала в руинах, добивать её молотом было бы глупо.

— Основной упор на твою дипломатию и старые связи, — продолжил Воронов. — Ты сам сказал, что знаешь генералов на местах. Служил с ними, воевал, пил водку и хоронил товарищей. Используй это. Убеди их сдаться добровольно, перейти под знамя Эдема без единого выстрела. Объясни, что альтернатива — не война со мной, а медленная смерть под местными царьками или оккупация со стороны соседей.

Брусилов снова кивнул, уже прикидывая в голове, с кого начать. Полковник Демьянов на северо-востоке, генерал-майор Костин в промышленном кластере, командир гарнизона Восточной базы, который задолжал ему за спасённую жизнь под Хостом…

— Но я понимаю, — голос Воронова стал насмешливым, — что добрым словом много не добьёшься. Даже старая дружба работает лучше, когда подкреплена весомым аргументом.

Он сделал паузу, и Брусилов почувствовал, как по спине пробежал холодок предвкушения.

— Я выделяю тебе в эскорт звено Центурионов и двух Голиафов. Пусть твои старые знакомые оценят масштаб разницы эпох, прежде чем принимать решение. Дипломатия работает гораздо эффективнее, когда за спиной переговорщика стоит пятидесятитонный мех с рельсотроном.

Брусилов не смог сдержать усмешку. Он вспомнил, как его собственные танки не оставили на броне Титана ни единой царапины. Как десятки снарядов превратились в бесполезный фейерверк, а маги, эти заносчивые ублюдки, которые всегда смотрели на армию свысока, испарились от одного выстрела рельсотрона.