Книга Темный Лорд Устал. Книга X, страница 57 – Тимофей Афаэль, Алексей Сказ

Тот же Долгорукий был лишь частью этого спектакля, даже не подозревая об этом. Старый медведь рычал и топал лапами, уверенный в собственном величии, а Маэстро дёргал за ниточки, которых тот даже не видел.

Фактически Долгорукий был псевдо-кукловодом, который считал себя хозяином сцены, пока настоящий режиссёр сидит в темноте зала и посмеивается в кулак.

Валерий посмотрел на горизонт, где в утренней дымке проступали очертания Столицы. Серые громады высоток, паутина дорожных развязок, смог над промышленными районами.

Он с гордостью думал о своей Труппе. Когда-то их было четырнадцать человек, в заминированном театре, где он устроил прослушивание для Маэстро. А теперь они стали теневым Спрутом, щупальца которого проникли везде. Его люди сидели на блокпостах и в кабинетах логистики, в штабах корпоратов и в канцелярии Долгорукого. Кто-то думал, что все под их контролем, но… как бы не так!

Впереди показался серый кордон карантинной зоны, и Валерий убавил музыку.

Он похлопал себя по карману, где лежала золотая капсула Маэстро. Крошечное зёрнышко, в котором была заключена сила, способная переписать правила игры. Отпуск закончился. Горячие источники, вино и массажистки остались позади.

Пришла пора и ему действовать — пора давать премьеру!

Валерий остановил машину в сотне метров от кордона и вышел размять ноги.

Карантинная зона начиналась здесь. За ограждением виднелись первые признаки того, что натворил «Некроз»: пожелтевшая трава, почерневшие кусты, деревья с осыпавшейся листвой. Мёртвая земля, из которой вытянули жизнь.

Он достал из кармана зажигалку и щёлкнул крышкой. Он не курил, но это была старая привычка и так ему было спокойней.

Где-то здесь, под землёй, проходили лей-линии, которые когда-то питали всё живое в округе. И теперь по ним текла зелёная дрянь Консорциума.

Корпораты Смита наивно думали, что если ты залил яд в систему, то ты выиграл войну. Валерий усмехнулся и снова щёлкнул зажигалкой. Вот только они были как гопники с кувалдой, которые влезли в часовую мастерскую, сломали одну шестерёнку и теперь радовались, будто захватили вселенную. Пижоны — они даже не понимали, что лей-линия — это не труба, которую можно засорить и забыть. Лей-линия живая и чувствительная, способная реагировать на вторжение нервная система.

Отравив Главный Узел, они просто включили на нём сигнализацию и стянули туда всех своих цепных псов. Техники, охрана, наблюдатели — все сидят там, под Столицей, и сторожат свою драгоценную точку закачки. Вот только остальные артерии остались без присмотра, открытыми для любого, кто знает, куда смотреть.

Валерий сел обратно в машину и завёл двигатель. Блюз снова заполнил салон, и он тронулся к кордону, насвистывая в такт мелодии.

* * *

КПП Столицы выглядел так, будто его проектировал параноик с неограниченным бюджетом.

Три ряда бетонных заграждений, сканеры на каждом шагу, вышки с прожекторами и пулемётами, толпа гвардейцев в броне. После начала кризиса Долгорукий закрутил гайки до упора, и теперь в Столицу было проще пронести ядерную боеголовку, чем пачку контрабандных сигарет.

Валерий шёл прямо на КПП, не сворачивая и не замедляя шаг.

Правило номер один: хочешь пройти туда, куда нельзя — иди так, будто это твоё. Взгляд прямой, никакой суеты и попыток слиться с толпой.