Книга Темный Лорд устал. Книга Vlll, страница 98 – Тимофей Афаэль, Алексей Сказ

А у Воронова — поля с урожаем, фермы с коровами и лето круглый год. Люди, которые улыбаются, потому что им есть чему улыбаться.

Крамольная мысль. Опасная мысль. Такие мысли лучше держать при себе.

Семён поймал взгляд Петровича и отвёл глаза. Они никогда не говорили об этом вслух. Просто молча смотрели вместе, каждый со своими мыслями, и делали вид, что ничего особенного не происходит.

Лёха вдруг дёрнулся и выпрямился так резко, что чуть не уронил телефон.

— Мужики. Мужики, смотрите. Что-то новое.

Семён опустил глаза на экран. Картинка сменилась. Вместо полей и ферм появился какой-то военный штаб — мрачное помещение с экранами и пультами, люди в форме вдоль стен.

И маги.

Семён узнал их сразу по мантиям с алым подбоем, по осанке, по выражению лиц. Он видел таких один раз в жизни, лет десять назад, когда они проезжали через город в кортеже из чёрных машин. Тогда всех согнали на улицу и заставили стоять вдоль дороги, кланяясь.

— Это что, официальная трансляция? — прошептал Петрович. — Они сами это показывают?

На экране появилась надпись: «Прямая трансляция. Имперский Магический Корпус». И герб — золотой феникс в кольце пламени на чёрном фоне.

— Охренеть, — выдохнул Лёха.

Седой маг в парадном облачении встал перед камерой. Лицо у него было такое, будто он всю жизнь нюхал что-то неприятное и привык к этому. За его спиной маячили другие маги и какой-то генерал.

— Граждане Империи, — голос мага разнёсся из динамика, и Семён невольно вздрогнул. — Сегодня вы станете свидетелями торжества справедливости. Мятежник Воронов ответит за свои преступления перед законом и Императором.

Семён переглянулся с Петровичем. Оба молчали, боясь пропустить хоть слово.

— Сейчас мы установим связь с так называемым «Эдемом», — продолжал маг, и в его голосе звучало предвкушение. — И вы увидите, как этот самозванец падёт на колени перед истинной силой Империи.

Экран мигнул и разделился пополам. Слева остался штаб с магами, справа появился тёмный прямоугольник ожидания связи.

Семён забыл дышать. Вокруг него, по всей стройке, работяги побросали бутерброды и сгрудились вокруг тех, у кого были телефоны. Десятки людей смотрели в маленькие экраны, и никто не произносил ни слова.

Прямоугольник справа вспыхнул.

И на экране появилась Фея.

Семён моргнул, решив, что ему показалось.

На экране, в правой половине, сидело существо размером с кошку. Женская фигурка с крылышками за спиной, устроившаяся в крошечном кресле, которое стояло на каком-то столе. На носу у неё были очки-половинки, в руках — папка с бумагами. Она выглядела так, будто её оторвали от важной работы ради какой-то ерунды.

Седой маг замер с открытым ртом. Семён услышал, как кто-то из офицеров назвал его «архимагистр Люмис». Он явно ожидал увидеть кого-то другого.

Фея медленно опустила очки на кончик носа и посмотрела на экран с выражением секретарши, к которой в пятый раз за день пристают с одним и тем же вопросом.

— Что шумим? — спросила она, и её голос прозвучал так буднично, будто она отвечала на телефонный звонок. — Записаться на приём можно в четверг с десяти или в субботу после обеда. Сегодня у нас день внутренней инспекции, приёма нет.

Петрович издал какой-то сдавленный звук. Лёха уронил бутерброд.

На левой половине экрана лицо Люмиса пошло пятнами. Он открыл рот, набрал воздуха и начал говорить — что-то про власть Императора, про справедливое возмездие, про то, что мятежники ответят за свои преступления.