Книга Темный Лорд устал. Книга IV, страница 63 – Тимофей Афаэль, Алексей Сказ

Впереди, километрах в двух, виднелись первые дома Котовска. Захолустье, провинциальная дыра — идеальное место, чтобы затеряться.

Рядом с ним, с гордо поднятым хвостом, вышагивал Мурзик.

Контраст был разительным. Даниил — оборванный, грязный, истощённый, похожий на побитого пса. Мурзик — иссиня-чёрная шерсть блестела на солнце, движения плавные и грациозные, поза царственная. Словно не бродяга-кот, а король, инспектирующий самые захудалые окраины своих владений.

За это время Даниил привык к его присутствию. Просыпаться с тёплым весом на груди, засыпать под успокаивающее мурлыканье. Привык к умным жёлто-зелёным глазам, которые, казалось, видели его насквозь.

Кот не оставил его. Несмотря на то, что Даниилу нечем было его кормить, несмотря на грязь, голод и безнадёжность положения. Он просто… остался.

И это было странно, даже пугающе странно. Какой породистый кот добровольно следует за оборванным беглецом?

Но Даниил больше не задавал вопросов. Он просто был благодарен.

Желудок свело от голода. Даниил сунул руку в карман робы, нащупал там что-то твёрдое. Вытащил — засохшая корка хлеба, последняя, размером с два пальца.

Он посмотрел на неё, потом на Мурзика.

Кот остановился рядом, сел на обочине и посмотрел на него. Терпеливо. Выжидательно.

Даниил криво усмехнулся.

— Знаешь, — сказал он хрипло (горло пересохло от жажды), — у меня для тебя плохие новости. Это всё, что у нас есть.

Он отломил половину корки и с лёгким сочувствием протянул коту.

— На. Извини, что не царская еда.

Мурзик поднялся, подошёл ближе. Понюхал хлеб в протянутой руке.

Секунда тишины.

Потом кот медленно поднял голову и посмотрел на Даниила.

Взгляд был… укоризненным. Полным немого презрения и почти оскорблённого достоинства.

«Ты серьёзно? ТЫ предлагаешь МНЕ эту жалкую, засохшую гадость? После совместного пути ты ещё не понял, кто я?»

Даниил моргнул, ошарашенный этим взглядом. Кот умудрился вложить в один-единственный взгляд столько эмоций, что любой актёр позавидовал бы.

— Ну… извини? — пробормотал Даниил, чувствуя себя идиотом.

Мурзик фыркнул — именно фыркнул, как презрительный аристократ, которому предложили дешёвое вино вместо выдержанного коньяка.

Потом развернулся и рванул с места.

Даниил даже не успел моргнуть. Один момент кот стоял перед ним, а в следующий — чёрная молния метнулась в придорожные кусты с такой скоростью, что воздух свистнул.

Шорох травы. Короткий писк. И тишина.

Меньше чем через десять секунд Мурзик вернулся. В зубах он держал жирную полевую мышь, ещё тёплую, ещё слабо дёргающуюся. Он подошёл к ногам Даниила и бросил добычу прямо на пыльную дорогу. Потом сел рядом, поднял заднюю лапу и начал неторопливо умываться. Движения были медленные и демонстративные. Словно говорил: «Видишь? Вот так добывают настоящую пищу, а не предлагают жалкие корки хлеба».

Даниил стоял, уставившись на мышь у своих ног. Потом на кота, который с царственным безразличием вылизывал лапу.

Тогда у костра, он бы просто удивился. Посмеялся, может быть, но сейчас, после долгого с этим странным существом, он начал понимать — Мурзик не просто умный кот. Он вёл себя так, словно был не животным, а кем-то гораздо большим, застрявшим в кошачьем теле. Словно снисходил до Даниила, терпеливо обучая недалёкого ученика.