Книга Темный Лорд Устал. Книга ll, страница 7 – Тимофей Афаэль, Алексей Сказ

Багровые переливы в черных лепестках не были изъяном. Они были поэзией — напоминанием о том, что даже в совершенной тьме может скрываться намек на жизнь и страсть. Кира надеялась, что когда-нибудь он научится быть менее строгим к себе и сможет увидеть красоту даже в несовершенстве.

И тут она вспомнила о Валентине.

Валентина Морозова была владелицей крошечной цветочной лавки «Цветочная фея», с которой Кира подружилась несколько месяцев назад. Искренняя, добрая женщина лет тридцати, которая едва сводила концы с концами, но говорила о цветах с настоящей страстью.

— Простите, господин, — тихо прошептала Кира, укладывая розы в чистую корзину. — Вы слишком строги к себе. Эти цветы прекрасны, даже если они не соответствуют вашему замыслу.

Она накрыла цветы влажной тканью, чтобы сохранить их свежесть, и направилась к выходу из «Эдема». Если Хозяин не мог увидеть красоту в своем «несовершенном» творении, то пусть это сделают другие.

Поездка в город заняла полчаса. «Цветочная фея» располагалась в небольшом помещении на первом этаже старого здания. Витрина была скромной, но ухоженной — несколько букетов из местных цветов, небольшие горшечные растения, рукописные ценники с демократичными цифрами.

Валентина стояла за прилавком, подрезая стебли хризантем. Увидев Киру, она улыбнулась.

— Кира! Какая неожиданность. Что привело тебя в мой скромный магазинчик?

— Привет, Валя, — Кира поставила корзину на прилавок. — У меня тут есть кое-что… Это технически брак, Хозяин велел утилизировать, но может быть, тебе удастся продать их?

Она сдернула ткань с корзины, и Валентина застыла с открытым ртом.

— Боже мой, — выдохнула она. — Что это такое?

— Полуночные розы, — ответила Кира. — Хозяину не понравился оттенок. Сказал, что они недостаточно черные.

Валентина осторожно подняла одну из роз, словно боясь, что она рассыплется от прикосновения.

— Недостаточно черные? — переспросила она с недоумением. — Кира, это самые прекрасные розы, которые я видела в жизни! Этот цвет… он как бездонная ночь с отблесками звезд. А аромат…

Она поднесла цветок к лицу и закрыла глаза, вдыхая запах.

— Я никогда не чувствовала ничего подобного. Это… это словно поэзия.

Кира улыбнулась. Вот она — настоящая оценка красоты. Не холодная критика перфекциониста, а искреннее восхищение человека, который понимал прекрасное.

— Значит, возьмешь?

— Конечно! — Валентина бережно начала перекладывать цветы в свою рабочую вазу. — Но я не могу взять их просто так. Сколько ты хочешь?

— Ничего, — махнула рукой Кира. — Считай это подарком от… от меня лично. Хозяин все равно хотел их выбросить.

Валентина покачала головой.

— Твой Хозяин, должно быть, очень требовательный человек, если считает такие шедевры браком.

— Ты даже не представляешь, — усмехнулась Кира. — Но именно поэтому все, что он создает, получается таким… особенным.

Попрощавшись с подругой, Кира вернулась в «Эдем» с легким сердцем. Она выполнила приказ Хозяина — розы были утилизированы. Просто не совсем так, как он предполагал.

А Валентина осталась наедине с двадцатью экземплярами самых прекрасных роз в своей жизни, гадая, сможет ли она найти им достойных покупателей в своем скромном городке.

* * *

Кассиан

Я вернулся в командный центр с чувством глубокого раздражения, которое волной накатывало на меня каждый раз, когда я сталкивался с несовершенством. Неудача с розами была лишь симптомом более серьезной проблемы — больных лей-линий, которые отравляли все мои попытки создать идеальную среду.