Книга Темный Лорд Устал. Книга I, страница 29 – Тимофей Афаэль, Алексей Сказ

Перед ним были деньги. Огромные, почти осязаемые деньги. Здесь и сейчас. Его охватила паническая, иррациональная уверенность, что это — сделка всей его жизни, дар небес, который нужно оформить немедленно, пока эти сумасшедшие богачи из рода Вороновых не передумали. Он должен. Он просто обязан это сделать! Прямо сейчас! Нельзя упускать такой шанс!

Я почувствовал, как он, заикаясь от волнения, торопливо соглашается на все условия, обещая подготовить документы в течение часа и мягко отозвал свое сознание. Работа была сделана. Легко и без лишнего шума. Насекомое само побежало в расставленную для него ловушку.

Не прошло и двух часов, как Себастьян вернулся. На его лице было выражение благоговейного ужаса.

— Господин… Сделка… она заключена. Чиновник сам позвонил юристам, торопил их, ссылаясь на «уникальную инвестиционную возможность для региона». Он лично проконтролировал, чтобы все документы были подписаны в течение часа. Земля… она ваша.

Я удовлетворенно кивнул. Все прошло, как и ожидалось.

— Господин, я не вправе вам ничего советовать, но позвольте кое-что сказать. Вы только что публично и очень громко дали пощечину клану Мефистовых, — сказал дворецкий. — Они наверняка будут в ярости. Они этого так не оставят.

Я не ответил, а лишь спокойно улыбнулся. И от этой улыбки старого дворецкого пробрало дрожью. В ответ он лишь поклонился и ушел.

Меня сейчас мало волновало то, что произойдет в дальнейшем, или что может сделать их клан. Ну сделает, что с того? Это не имело значения, с этим я разберусь в тот же момент. Что действительно важно, так то, что… у меня наконец-то появился свой собственный уголок в этой вселенной. Это самое главное.

На следующий день я впервые ступил на свою землю.

Я оставил позади поместье Вороновых, Себастьяна, суету и проблемы. Прибыл один. Место встретило меня тишиной. Не той пустой и напряженной тишиной, что воцарялась после моих вспышек гнева, а настоящей, природной. Тишиной, наполненной шелестом листьев, пением птиц и гудением ветра в кронах вековых деревьев.

Я прошел вглубь участка, следуя своему внутреннему компасу, который безошибочно вел меня к центру силы. С каждым шагом я ощущал, как меняется воздух. Он становился плотнее, насыщеннее, словно я погружался в невидимый океан. Под ногами гудела земля. Это было пение лей-линий, мощных энергетических артерий планеты, которые сходились здесь, в этом забытом богами уголке, в один тугой, пульсирующий узел.

Я опустился на колени и коснулся ладонью теплой, покрытой мхом земли.

И почувствовал.

Чистая, необузданная, первозданная мощь. Она текла под землей, как могучая река, и от одного ее прикосновения мой иссохший резерв всколыхнулся, жадно потянувшись к источнику. Здесь. Вот оно. Впервые с момента моего унизительного прибытия в этот мир я почувствовал, что нахожусь на своем месте. Не в чужом теле, не в чужом доме, не в чужом городе, а на своей земле. На фундаменте моего будущего покоя.

Это мгновение почти идеальной гармонии, разумеется, не могло длиться вечно. Его прервал тихий треск ветки за спиной. Я не обернулся. Уже знал, кто это.

— Господин, — голос Себастьяна был полон извинений. — Прошу прощения, что прервал ваше уединение, но новости не терпят отлагательств.

Я медленно поднялся и отряхнул с ладоней землю.