Книга Росток, страница 87 – Тимофей Афаэль

Мимо меня, мимо старых вешалок и висящей на ней одежды, покатился по коридору странный гул. Покатился вперёд, вздыбливая облупившуюся плитку на потолке, включая старые светильники, торчавшие из потолка и ушел вперёд, затихая в конце коридора. Мне в лицо дунул холодный ветер, потусторонний, медленно превращающийся в ураган. Он нёс на себе запах древности и тлена.

Светильники на потолке загорелись снова уже ровно и ярко, коридор пошел рябью белого света и я увидел людей. Фигуры в белых халатах двигались по коридору, обсуждали что — то, смеялись и шутили. Они замечали меня, странно смотрели, а потом дальше шли по своим делам. Некоторые люди в форме, похожей на рабочую, катили тележки с колбами и приборами, развозя все это по кабинетам. Я сделал несколько шагов, оглядывая все это, сунулся в один из кабинетов, рассматривая светлое помещение и двух работников, сидящих над микроскопами. Улыбчивая женщина и мужчина чуть помоложе уставились на меня, а потом из их глаз хлынула тьма, обволакивая комнату и все вокруг. Голову прострелили болью.

— Инжер! Инжер! Ты тут?! Что с тобой?! — меня трясли за плечо, хлестали по щекам и я, наконец очнулся.

Темный провал двери, все тот же старый кафель и коридор.

— Хорош бить меня! Хорош, говорю! — оттолкнул увлекшегося Ваньку и осмотрелся. Внутреннее чувство тревоги сменилось страхом. — Тише себя ведите!

— Да нет тут никого кроме крыс!

— Тихо, я сказал! — прошипел я, тряхнув Руби. — Это был исследовательский центр.

— Откуда знаешь? — вылупился Федя.

Я молча посветил на стол и раскиданные пробирки, а также непонятные приборы, схемы которых отрывочно возникали перед глазами.

— Это что за испытание такое? — ткнул Мишка, осматривая ссохшиеся в колбах растворы на стеллажах. — Что — то не по себе мне от этого.

— Не испытание это, — вздохнул я и судорожно сжал винтовку, — мы попали куда — то не туда. Вы не поняли ещё?

— Да поняли, только верить не хотелось, — Ванек потер нос и вздохнул, пряча предательскую дрожь. — Чё делать будем?

— Никто не помнит проход за нами открытый остался? — спросил я у парней.

Те покачал головами и только Федя ответил: — Я оглянулся, но его уже не было. Ещё подумал о том, что придумано ловко, да и вы внимания не обратили.

Мы переглянулись и, похоже, глубоко затолкали желание бежать и орать со страха.

— Так, вокруг здания мы все осмотрели и выходов там не было, так? Значит, выход где — то в здании. Давайте поищем.

— А если нет? — дрожащим голосом спросил Мишка

— А у нас выбор есть? — я с трудом заставил себя говорить спокойно.

Тело пробивало дрожью и холодом.

— Идём, тут должна быть лестница. Глядите в оба и предупреждайте обо всем, что увидели, даже если кажется, что вам кажется. Ты понял, Федя? — спросил я его, вспоминая людей в белых халатах.

— Понял, — кивнул тот, слегка лязгая зубами.

Мы вышли в коридор и двинулись по нему, в поисках лестницы, заглядывая за каждую дверь в поисках и выхода заодно. Ещё эти светильники постоянно загорались то ярче, то слабее, как будто, напряжение скакало, и создавали нервную обстановку. На глаза вскоре попался план этажа, висящий на стене под стеклом. Лестница была рядом, в конце коридора. Как же не хотелось туда идти, аж в животе где — то екало, но идти было нужно.