Книга Головы гидры, страница 103 – Тимофей Афаэль

Я провёл пальцами по руке, где под кожей находилась печать.

Тонкая сеть линий, складывающихся в сложный узор. Она была частью меня с тех пор, как Аргос выбрал меня, а потом я привел остальных. Тогда это было лучшим решением, учитывая, что других вариантов у нас не было. Аргос помог нам, но и плату взял соответствующую. Мы были его руками, его оружием в войне против других магов. Он говорил, что они угрожают миру, что их нужно уничтожить ради высшего блага. Многие из них были теми еще ублюдками, но как же Мирин и Зария? Они ведь хорошие. Честные, добрые. После того, как я узнал, что Аргос не бог, мне частенько приходила в голову мысль, что он просто жадный до власти маг. Он нашими руками устраняет конкурентов, но так ли это на самом деле? Вот это и предстоит мне выяснить.

За полтора дня пути до материка нам попался первый корабль и сразу пират. Он оказался дерзким малым. То ли не видел, что у нас четыре корабля, то ли капитан у них совсем отбитый. Он дерзко, пошёл на нас в лоб, явно решив, что мы лёгкая добыча. Да еще Джон выстроил корабли так, что флагман шёл на некотором удалении от остальных.

Его ошибка оказалась роковой. Как только он приблизился, остальные три наших судна сразу же сократили расстояние, зажимая неприятеля в клещи. Они поняли, что столкнулись не с одиночкой, а с эскадрой, но поздно. Мы ударили одновременно: арбалеты с двух бортов пробили их палубу, а абордажная команда Джона сделала остальное. Корабль был наш меньше чем за час. Мне даже участие в бою принимать не пришлось.

Два других пирата, встретившиеся нам через пол дня после первого, заметили нас слишком поздно. Они попытались бежать, но ветер был на нашей стороне, а слаженность экипажей Джона сыграла свою роль. Второй корабль мы мы зажали между двумя судами, и его капитан сдался, едва увидев, как наши люди закидывают абордажные крючья. Третий сопротивлялся дольше всех. Скоростной кораблик маневрировал отчаянно и стрелял из своих баллист, но против дружного залпа не выдержал. Затем последовал абордаж, где я уже принял участие. Они сдались, стоило мне только начать бой. Даже обидно. К закату наша эскадра пополнилась тремя кораблями. Они теперь плыли под нашим флагом, а пленные пираты, связанные и угрюмые, сидели в трюмах. Джон подошёл ко мне, закончив отдавать указания.

— Хороший улов, — сказал он, кивая на захваченные суда. — Неплохо мы пиратов потрепали, но, судя по тому как часто они здесь встречаются, здешние воды ими кишат. Надо бы с этим что-то сделать. Вот Хирман взбесится, — друг осклабился.

— Пусть бесится, — ответил я, глядя на трофейные корабли. — Это только начало. Главное впереди.

И вот, на пятый день, мы достигли материка. Порт прибрежного эльфийского городка под названием Морской открылся перед нами. Маленький, наполовину заброшенный, с покосившимися причалами и редкими пятнами зелени, пробивавшейся сквозь трещины в камне. Несколько ошарашенных смотрителей, заметивших приближение эскадры, бегали по причалу.

— К обороне готовятся? — прищурился я, силясь понять их действия.

— Нет, цепи проверяют. Давненько видать у них здесь не было никого, — хохотнул Боэлья. — Эй, бездельники! Подайте сигнал дружбы! — распорядился он.

Завидев сигнал, эльфы остолбенели, а потом бросились сматывать цепи.