Онлайн книга «Отставник 5. Абордаж»
|
— И такое бывает. Если честно, я пока не понимаю к чему вы клоните. — Вчера я общалась с носителем языка и количество звуков, используемых в разговорном языке оказалось больше, чем предполагалось изначально. — Всё равно не понимаю. — Те записи, что сделаны — это кодовые фразы, — победно заключила Соня, — а разговорный язык мы с вами услышали только у носителя. Они, кстати, не очень разговорчивы. — И вы это заметили, — выдохнул Дмитрий Сергеевич. — Конечно, пришлось полдня потратить, чтобы услышать более-менее связное предложение. И оно сильно отличалось построением фраз от услышанных на перехваченных записях. — Может он использовал идиоматические обороты? — съязвил Дмитрий Сергеевич. — Сомневаюсь, — в ответ улыбнулась Соня. — Он хотел пить. И просил дать ему воды или пристрелить. — Вы жестокий человек Софья Викторовна. — Может быть. Но другого выхода услышать связную речь у меня не было. Испытуемым: одному не давали воды сутки, второму еды, третьему не давали спать. И сопоставляя их речь стало понятно, что основываться на перехваченные записи при изучении речи не стоит — это кодовые фразы, пусть и звучат долго, но обозначать могут совсем иное. Сами ведь знаете, что при использовании кодовых фраз не всегда соблюдаются правила речи, по крайней мере, когда необходимо описать ситуацию, которую не смогли предусмотреть изначально. — Что-то вы прям… Не успел Дмитрий Сергеевич закончить фразу, как у него завибрировал коммуникатор. Он прильнули к экрану. — Ладно, Софья Викторовна, меня начальство вызывает, — поморщился Дмитрий Сергеевич, — придётся продолжить дискуссию чуть позже. — Конечно продолжим, — поспешила согласиться Соня, — академик вызывает? — К сожалению, нет. Я как раз только от него. Теперь более высокое руководство хочет видеть — военные. Время-то идёт, а результат… — Результат есть, — произнесла Соня и указала на листы бумаги, что лежали на столе. — Это схема правил произношения изучаемого языка. Правда требует доработки и уточнения, но… — Но хоть что-то покажем начальству, — обрадовался Дмитрий Сергеевич, — собирайтесь и возьмите рисунки с собой. А я пока свои бумаги соберу… — Входите, вас ожидают, — обращаясь к Дмитрию Сергеевичу, оповестил адъютант. — Она со мной. — Минуту, — взяв со стола трубку стационарного телефона, о чём-то быстро доложил адъютант и кивнув, произнёс, — проходите. — Начну говорить я, а ты поможешь, — тихо прошептал её руководитель. В кабинете, где Софья никогда ещё не бывала, да в прочем она практически нигде за эти несколько дней не бывала. Как её отпустили с так называемого карантина, она окунулась в работу. Сначала слушала разговорную речь в записи, но это ей мало чем помогло. Однотипные фразы с одинаковой интонацией не могли передать колорит языка. А язык шнахассов оказался очень необычен. Это не только практически отсутствие гласных из-за чего слова, фразы слышались грубым набором звуков, но и само построение предложений заставило её потрудиться. Только когда её допустили к носителям языка она смогла приблизиться к его пониманию… — Добрый день Дмитрий Сергеевич, вижу, что вы не одни, — не вставая с места, произнёс министр обороны. Рядом, за столом, где он расположился, находились ещё трое, — проходите, присаживайтесь. |