Книга Отставник 4, страница 95 – Павел Чук

Глазами искал ашш Сошша Хааш, но его нигде не было видно и, выйдя из ангара, я остановился, размышляя куда идти. В наспех выделенную мне каюту идти не хотелось. На Совет Живых меня не приглашали, я в него не вхожу. Я бы наверно так и стоял, ожидая, пока меня не найдёт ашш Сомсса Анесса, но мои размышления прервал знакомый голос, от которого я внутренне вздрогнул, но ни жестом, ни мимикой лица не подал вида.

— Мрачные времена наступают капитан Бес.

— Одарённый. Вы знаете, что случилось? Почему объявлена тревога?

— Скончалась Председатель Совета Живых ошш Хасса́нс Ушша́с. Это тяжёлая утрата для всей расы.

— Почему? Она выглядела… здоровой.

— Нервный срыв, перенапряжение, злоупотребление стимуляторами активности головного мозга, вследствие чего передозировка и исход предрешён. Тут же прибывшие медики ничего не смогли сделать… Вы удивлены?

— Не скрою. Великая раса, с продвинутой медициной…

— Не льстите. Медицина не всесильна. Но как я сказал, наступают трудные времена, особенно в силу вашего предложения. Знаете, впервые за долгие поколения Совет Живых разделился практически поровну. Те, кто из военных принцы крови симпатизируют скорее не вам, а той уверенности, с который вы были готовы в одиночку пойти на врага, но вот другая часть и не менее уважаемая…

— Осторожничает?

— Можно итак сказать. Она придерживается фундаментальных принципов. Когда Великий Совет отдал приказ избранным представителям расы взойти на корабль и отправиться искать новый дом, то главное, что было в напутственном слове — понапрасну не рисковать, а основать новую цивилизацию.

— Но…

— Встречу с прирождённой расой военных, — перебил меня Одарённый, — даже мы не смогли спрогнозировать. А здесь, в этой звёздной системе, где цивилизация находится в зачаточном состоянии, если бы не шнахассы, то третья планета была бы наша. Один хоск не смог бы перевернуть ход экспансии… Но тебе это удалось, пусть и благодаря внешним факторам.

— Думаете, это я призвал сюда шнахассов?

— Такой вариант рассматривался, но подтверждения не нашёл.

— А сейчас какой прогноз дают Одарённые на то, что моё предложение примут?

— Пятьдесят на пятьдесят, — недолго думая, ответил Одарённый, — пока не прошла точка невозврата, после которой что-либо предпринимать будет поздно. Продолжение существования расы дороже тех, кто остался на планете. Приняв твоё предложение и проиграв, хоск, можно потерять всё, и забыть о величии цивилизации. Её просто не станет. Придёт закат расы и сейчас мы близки к нему как никогда.

— Я понял, Одарённый, к какому варианту склоняетесь, но…

— Принимают решения не Одарённые, мы только прогнозируем пути и это только один из вариантов, но на всё воля Совета Живых. Мне пора, хоск по рождению. Теперь я уверился, что ты именно тот, за кого себя выдаёшь.

— А были сомнения⁈ — хмыкнув, едва слышно проговорил по-русски.

— Командир-хоск, — возле меня оказался ашш Сомсса Анесса, — аборигены избрали старших, они готовы к разговору.

— Много человек осталось в зале? — если их не так много, я думал поговорить всё в том же ангаре, чтобы не искать другого места для разговора.

— Шестнадцать тысяч шестьсот, но постоянно кто-то уходит или возвращается. Сосчитать пока трудно.

— Возвращаются? — не понял такого манёвра.