Книга Отставник 1, страница 75 – Павел Чук

— Итак, повторяю, — пока ехали, продолжал инструктировать нас в автобусе командир взвода, — ходите попарно по маршруту, что указан у вас на планшете. Маршрут у каждой группы свой. С маршрута никуда не уходить, при каждом подозрительном случае докладывать по рации. Рация у старшего группы…

— Бес, выходит я с тобой в паре, — предположил Кот, что сидел рядом со мной. У него рации не было, а мне выдали, а лейтенант продолжал говорить:

— …первая группа, на выход! Второй приготовиться.

Я посмотрел на планшет, куда только что пришло сообщение: «Маршрут номер восемь. Состав группы: курсант Провоторов, курсант Гончаренко. Старший группы — курсант Провоторов».

— Да, со мной. У нас маршрут номер восемь, проверь планшет.

Второй час мы с Котом ходили широкими улочкам, заглядывая в проулки, отмечая для себя что-либо подозрительное. При нашем виде, изредка встречающиеся прохожие ускоряли шаг и торопились добраться до дома. Комендантский час начинался через полчаса. А я смотрел на постепенно замирающий город и любовался множеству светящихся окон многоэтажек. Безветренная, тёплая не по сезону погода, расслабляла.

— Бес, что все магазины-то закрыты. Я думал купить чего поесть удастся, и на ходу пожевать, а то до глубокой ночи нам с тобой круги нарезать, — жаловался Кот. Я если честно, тоже намеревался что-либо прикупить в магазине, но по пути все оказались закрыты.

— Комендантский час скоро, вот и закрыты. Продавцам и самим добраться до дома время надо, — логически пришёл к выводу.

— Это-то понятно, но жрать что-то хочется.

— У меня сухарики есть. Я в столовой набрал немного, дать?

— Давай. А вода есть? С них потом так пить хочется.

— Флягу не набрал?

— Нет, не успел. У меня что-то сегодня весь день, словно не с той ноги встал. То препод поднимет отвечать то, чего не знал, то на построении замечание от Замка получил, что форма не глажена…

— Не бурчи. Возьми сухарики. И пошли ещё круг сделаем, — произнёс, и тут ожила рация.

«Мышь, это „Волга шесть“, доклад. Где вы?» — прохрипело в ларингофоне.

«Зашли в подъезд. Подозрительные огни были. Проверили, всё нормально. Сейчас выходим, „Волга шесть“».

«Принято!»

— Во, слышишь, они по подъездам ещё ходят, — хрустя сухариками, произнёс Кот.

— Если будет что подозрительное, то и мы зайдём. А так, у нас вроде район тихий. Все уже дома сидят. Видишь, практически в каждом окне свет горит. Редко, где его нет.

— Заметил. И прохожих считай не осталось. А я думал, может познакомлюсь с кем. У меня так отец с мамой познакомились.

— Что, тоже в патруле?

— Нет. Отец в увольнение был, задержался. Бегом бежал, чтобы успеть, вот чуть ли не лбами и столкнулись. Потом, говорит, долго извинялся. Так и познакомились.

— Успел?

— Что успел?

— С увольнения успел вернуться?

— А-а, ты об этом, да. Успел. Не знаешь, почему нам оружие не выдали? Вроде раньше третий курс с оружием патрулировал.

— А штык-нож, тебе не оружие? И… разве инструктаж не слушал? Теперь вместо вооружённого патруля группа быстрого реагирования на автомобиле курсирует. Кстати, и нас должны проверить, как ходим. Так что смотри в оба, если фургон полицейский заметишь… — так, тихо разговаривая между собой, мы шли по маршруту. Осенью темнеет быстро, но уличные фонари работали исправно, на улицах чистота и порядок и не скажешь, что идёт война. Хотя, она какая-то непонятная. По визору, что иногда смотрю, только и говорят, что столько-то боевиков противника уничтожено, что вот-вот поймают и ликвидируют главного идеолога-террориста, но эту информацию крутят целых полгода, а в последнее время в новостях стало мелькать об участившихся случаях похищения людей. И не простых, а занимающих высокие посты на государственной службе. Даже введённый практически сразу комендантский час не помог.