Книга Первый среди равных. Служа Империи, страница 93 – Павел Чук

— Вы правы. Я сегодня вечером собирался уведомить офицерский состав и генерала о повышении. Заработался, знаете ли.

— Понимаю. Я к вам как раз по делу.

— Слушаю.

— Меня интересуют пленные. Среди них сын наместника Нибери. Я бы хотел с ним поговорить.

— Да, мне генерал Тонатос говорил, что среди захваченных пленных важная персона. Но их столько много, более двухсот человек захватили и доставили в гарнизон. Я с ног сбился, чтобы это количество разместить, накормить, кому помощь оказать, чтоб не померли сразу. Ведь планируется использовать их для обмена, как козырную карту при последующих переговорах.

— И что, переговоры состоятся? — вот о том, что планируются переговоры я не знал.

— Пока неизвестно. Со стороны Моркенской Империи попыток установить контакт не было. А мы, если честно, ждём, когда прибудет военный дипломат из штаба армии, что дислоцирована севернее, в центральной части Империи.

— Так долго не может прибыть дипломат? — удивился сказанному, — помнится, я с самого севера, считай от столицы Империи добирался всего-то несколько недель. А прошёл, как понимаю, почти месяц.

— Вы, вероятно, основную часть пути проделали на корабле, — я кивнул, — речным путём значительно быстрее. Но в центральную часть Империи, где располагается штаб армии, к которой приписан наш гарнизон, приходится добираться только наземным путём. Таковы особенности расположения. Ни одной реки поблизости нет, даже если и была, то против течения плыть выходит примерно столько же, сколько добираться на конях и не обязательно верхом.

— Понимаю. Помнится, мне рассказывали об одном споре.

— Вы про пересечь Империю с запада на восток?

— Да.

— Генерал эту историю любит повторять, когда требуют срочно прибыть в штаб армии.

— И часто требуют? — разговор уходил от основной темы, но мне стало интересно, что происходит в Империи, но напрямую этот вопрос задавать офицеру не стал, чтобы не смущать. Я и сейчас замечал, что он чувствует себя не в свое тарелке, хотя и быстро совладал с собой. Видно, что не часто предстаёт перед очами вышестоящих командиров. Генерал — командир гарнизона не в счёт. Он с ним каждый день видится.

— Относительно часто. Совсем недавно прибыл оттуда с целым списком указаний, инструкций и поручений, но пока доехал, все они устарели и совершенно не подходят к настоящей ситуации.

— Всё так плохо? — спросил с издёвкой.

— Нет, что вы!!! — оживился полковник, — наоборот, меньше отчётов писать, — с улыбкой на лице ответил новоиспечённый штабс-полковник.

— Хоть какая-то радость. Но вернёмся к нашему вопросу. Я о пленных.

— Да-да, конечно, — офицер зарылся в бумагах, — вот она. Итак, в плену находится двести восемнадцать человек. Из них шестеро высшего и среднего офицерского состава, если переводить их должности на наш манер, полсотни младшего и среднего сержантского, а остальные рядовые солдаты.

— Надеюсь, офицеров содержат отдельно от солдат?

— Конечно. Если хотите, составлю вам компанию и провожу.

— Не откажусь, — ответил, намереваясь по дороге расспросить о новостях из столицы. Но к моему разочарованию, Влэд Кисарин не интересовался светской жизнью, а с упоением всю дорогу рассказывал, как ему удалось убедить командование армии дополнительно выделить в гарнизон две полные дивизии пешего строя. Эта новость была для меня не нова, но из лучших побуждений поздравил офицера с его маленькой, но не менее ценной победой над бюрократией.