Книга Первый среди равных. Судьба, страница 86 – Павел Чук

Я ничего не имею против бюрократии[1] в правильном понимании этого слова, а в особенности в документировании. На каждый шаг нужна бумага, на каждый результат отчёт. Но доходило до смешного. Отдал приказ подготовить документ о подвозе воды в жилые кварталы с графиком, с оповещением жителей, всё как положено. Так один въедливый гражданский чиновник три дня согласовывал этот график. Пришлось отдать приказ солдатам. Так они быстро организовали. И подвоз воды, и график, и необходимый подвижной состав, то есть подводы с бочками разыскали, и где набирать воду, и где её предварительно кипятить…

— Прибыли, уважаемый энц, — вывел меня из раздумий возглас сопровождающего. Я огляделся. Не заметил, как проехали несколько кварталов и оказались возле больницы.

— Пятеро за мной, остальные здесь, — отдал приказ, слезая с коня. Пятеро мне нужны не столько для охраны, а в качестве гонцов. Если потребуется, то я, считай на коленке, пишу приказ или указание и отправляю его к оставшимся во дворе, где он передаёт им послание. А те уж скачут по адресу. Так оказалось быстрее, чем всех с собой водить. Пеший гонец добежал, передал пакет-указание конному и тот поскакал.

Шли по коридорам молча. Перед нами расступались, и я обратил внимание, что больных, что в прошлое моё посещение лежали чуть ли не в коридорах стало меньше и это наблюдение мне грело душу.

Возле кабинета главного врача остановился.

— Трое пройдитесь по этажам. Посмотрите, как тут, если что говорить будут слушайте и запоминайте. Потом доложите, — этот приказ для сопровождающих не нов и в прошлый свой приезд в больницу я отдавал такой же приказ, но уточнял, чтобы никого руками не трогали, в палаты не заходили и прочее, что в этот раз напоминать не стал. Мы все в масках, в перчатках и со мной именно те солдаты, что сопровождали в прошлый раз, и дважды им повторять одно и тоже не надо.

Я постучал в дверь и не дожидаясь приглашения вошёл.

— Уважаемый Комендант, проходите.

— Я не вовремя? — в кабинете главного врача находилось человек десять, если не больше. Все сидели за столом и как понял что-то до моего появления бурно обсуждали, потому что, когда открыл дверь до меня донёсся гул множества голосов, который стих, когда вошёл внутрь.

— Наоборот. У нас тут совещание с врачами. Накопилось много проблем, я и сам хотел завтра или сегодня сразу после совещания послать за вами или самому лично прибыть в резиденцию…

— Я вас понял, уважаемый Смарта́ни Кари́тос. Если можно коротко введите меня в курс дела, в чём проблемы.

— Как знаете, пик эпидемии мы прошли, — начал говорить главный врач, когда я уселся на освободившееся место за столом, — основной наплыв больных схлынул, несколько дней держится на одном уровне число заболевших, умерших и тех, кто выздоровел. Но последних немного.

— Я об этом в курсе.

— Действительно, я же вам каждые три дня подаю отчёт. Тогда не буду повторяться, — пробурчал себе под нос главный врач и, выдержав паузу, продолжил, — у нас сложилось тяжелое положение с медицинским персоналом. Особенно с младшим и средним. Они в основном контактируют с заражёнными больными и при каждом подозрении на заражение мы вынуждены их помещать на карантин.

— Уважаемый энц Смарта́ни, если можно говорите конкретней, я помню свои распоряжения и приказы и рад, что вы их выполняете, — ещё бы он не выполнял. В больнице я разместил стационарный пост солдат, чтобы не только присматривали за порядком, но и докладывали мне о том, что происходит в медицинских учреждениях, а то знаю. Без догляда расслабятся, начнут потихоньку режим нарушать. — Как понял проблема в медперсонале?