Книга Первый среди равных. Судьба, страница 61 – Павел Чук

Я отбрасывал крамольные мысли, постоянно возвращаясь к пронзительному взгляду этого молодого парнишки. Он чем-то похож на меня. Но именно эти два месяца с небольшим и выбивались из моих подсчётов.

— Въезжаем в столицу! — из раздумий вывел возглас возничего, и я прильнул к окну, и то, что я увидел меня не порадовало. Как только въехали в столицу, в нос ударила вонь разлагающихся трупов. Они лежали вдоль дороги, видимо тела хотели вывезти загород на кладбище, но свалили прям при въезде на обочине.

— Останови! И крикни лейтенанта! — так ехать дальше нельзя, понял и достал приготовленные перчатки и маску на лицо. Надел и только тогда вышел из экипажа.

— Здесь, — отрапортовался лейтенант.

— Распорядись всем надеть перчатки и маски. Проверить оружие, — мучили как-то меня сомнения, что впереди нас ждёт мирная дорога. Когда власть — государство не показывает свою силу, а пускает чрезвычайную ситуацию на самотёк, ситуация выходит из-под контроля. На свет вылезает, словно грибы после дождя, всякая шваль, которая до этого боялась суровой кары, но сейчас, когда две недели большой город фактически без власти они активизировались.

— Есть, — отрапортовал штабс-лейтенант.

Через пятнадцать минут, когда все, в том числе и возничий, надели импровизированную защиту на лицо и руки, мы двинулись дальше, но как я и предполагал, далеко проехать не удалось.

— Стреляют, — крикнул возничий. У меня было открыто окно для переговоров с ним, и я тоже услышал редкие выстрелы.

— Где, с какой стороны?

— Оттуда, — возничий махнул рукой, но я из-за ограниченности обзора не видел куда он махнул, но приказал править туда. Жалея, что не пересел на лошадь.

Через некоторое время пальба повторилась, и я не выдержал, остановил экипаж и пересел на заводную лошадь, что следовала с нами. Проверил оружие, и мы поскакали.

— В той стороне склады, мы там несколько раз обмундирование получали, — на скаку пояснил штабс-лейтенант.

«Начались разбои, мародёрство», — думал, успевая за хорошо державшимися в седле солдатами. Начальник гарнизона мне отдал лучших, что могли управляться с лошадьми и я мысленно похвалил его за это.

Редкие прохожие перед нами расступались, а чаще прятались в домах.

— На рожон не лезть! — приказал, увидев пару трупов и явно с огнестрельными ранениями, и офицер придержал свою лошадь.

— Эй, прекратить стрельбу! Комендант Тиносванны с сопровождающими приехал! — не выезжая на открытое пространство, выкрикнул офицер. И он оказался прав. Впереди виднелись склады. Я это понял по огороженным невысоким забором строениям, что располагались немного вдалеке, когда неосторожно выехал на открытое пространство.

— Вы бы не лезли вперёд, — пробурчал лейтенант и перестроился, обогнав меня, закрыв собой от вероятного вектора обстрела, а я подумал, надо будет к нему присмотреться, может и выйдет из него толк.

Ворота нам открыли. И мы въехали внутрь.

— Кто старший? Представьтесь! — командовал лейтенант. Я был в офицерском мундире без наград, но не по рангу штабс-полковнику, а тем более Коменданту Тиносванны кричать во всё горло.

— Сам-то, кто будешь? — послышалось откуда-то.

— Штабс-лейтенант командир взвода сопровождения Коменданта Тиносванны энца Валео Мирони.

После недолгих раздумий к нам вышли двое.