Книга Ритм войны. Том 1, страница 351 – Брендон Сандерсон

Если, конечно, ее не прикончат. Сплавленные нечасто убивали кого попало, но были донесения о том, что они казнили высокопоставленных светлоглазых. Это зависело от Сплавленных, возглавляющих отдельные подразделения, и от того, насколько упорным было сопротивление.

— Разбейте сапфир, – сказала она своим ученым. – Уничтожьте весь фабриаль, включая клетку и стеклянный шар. Пошлите людей в картографический кабинет и в хранилище информации, чтобы они сожгли наши карты башни. Остальные присоединяйтесь ко мне. Мы должны найти способ официально сдаться, не будучи убитыми, прежде чем сможем заявить о своих намерениях.

Рабониэль снова с некоторым нетерпением приблизилась к колонне. Венли стояла рядом, когда Сплавленная протянула руку, чтобы коснуться определенного набора самосветов, встроенных в колонну, и продолжить наполнять их пустотным светом.

Однако, едва начав, она заколебалась:

— Какой любопытный поворот! В системе есть буресвет! Так не должно быть – Сородич не может его создавать.

— Я думала, Сияющим всегда нужен буресвет для себя и фабриалей, – сказала Венли.

— Башня – другое дело. – Рабониэль взглянула на Венли, отметила ее замешательство и, в отличие от многих Сплавленных, решила объяснить: – Сородич – башня, Уритиру – дитя Чести и Культивации, созданное для борьбы с Враждой. Это место действует благодаря особому свету Сородича, смеси сущностей его родителей. Одного буресвета не хватит, чтобы основные системы башни заработали. С точки зрения Сородича, он неполон. Как ключ, у которого не хватает нескольких зубцов.

— А ваш пустотный свет, он как ключ… без зубцов? – предположила Венли.

— Я вообще не пользуюсь ключом. Я ломаю замок. – Рабониэль положила руки на колонну, заряжая еще один особый самосвет. – Сородич без сознания, он не чувствует, что мы здесь. Это я могу определить. Я могу исказить его суть так, что он будет служить нам, когда пробудится. Таков был мой план. Но этот буресвет… Я чувствую, его много. Может быть, это просто энергия, нужная для работы насосов или лифтов. Это не части Сородича, их добавили позже, прикрепили к конструкции. Им хватает одного буресвета…

Рабониэль остановилась и отступила назад, напевая в ритме страстного желания, который указывал на замешательство или вопрос. А потом от столба начала расходиться волна синего света. Рабониэль отшатнулась, а потом они с Венли обе выскочили в коридор. Свет остановился и, казалось, застыл, преграждая путь.

Рабониэль шагнула вперед и положила на него ладонь.

— Плотный, – сказала она. – И питается, судя по оттенку, буресветом…

Венли ожидала гнева. Этот щит, чем бы он ни был, явно препятствовал тому, что делала Повелительница желаний. Как ни странно, та казалась очарованной.

— Замечательно, поистине замечательно! – сказала Рабониэль, постукивая ножом по щиту. Он звякал, как стекло, когда к нему прикасались. – Невероятно!

— Это разрушает наши планы? – спросила Венли.

— Разумеется.

— И… вы не возражаете?

— Конечно нет. Взламывать эту штуку будет очень интересно. Я была права. Ответы, способ положить конец войне – все должно быть здесь.

По полу коридора в их сторону промчалась красная молния. Венли ее уже видела – точнее, спрена, который принимал облик молнии, бегающей по какой-нибудь поверхности. И действительно, перед ними возникло существо, похожее на человечка – не певца, а именно человека, – со странными глазами и волосами, развевающимися на невидимом ветру.