Книга Ритм войны. Том 2, страница 288 – Брендон Сандерсон

Бесформенная упаковала свои инструменты для рисования на случай, если ей понадобится быстро набросать новое лицо. Светоплетение замаскировало ее сумку под матерчатую торбу вроде тех, которыми пользовались спрены чести.

Колокола возвестили, что до суда осталось около часа. Она пересекла комнату, миновала Узора, который отошел в угол. Он стоял в тени, его узор вяло шевелился.

— Что происходит? – спросил криптик. – С тобой что-то не так, Шаллан. Я не справился. Вчера я разговаривал с Шутом, и он сказал…

— Опять? – рассердилась Бесформенная. – Ты снова не послушался меня?!

Узор отодвинулся еще дальше.

— Ты меня достал, – прошипела Бесформенная. – Оставайся здесь и прикрой меня, если Адолин что-то заподозрит. А после суда у нас состоится разговор.

Она перевела дух и выглянула наружу проверить, нет ли свидетелей – спрены могли бы задаться вопросом, почему Лузинтия была у Шаллан, – затем выскользнула из дома и пустилась в путь через южную плоскость. В крепости было тихо. Спрены не спали, но у них имелись менее активные периоды. «Ночью» они собирались в домах друзей, и улицы почти пустели.

Несколько листьев трепетали в пространстве между четырьмя плоскостями. Бесформенная старалась не смотреть на три другие плоскости, на три города, образующие вокруг нее невозможную коробку. У нее было не слишком хорошо с…

— Вуаль, – раздался голос позади нее. – Мне нужно все объяснить. Я должен сказать правду. Ммм…

Она застонала и обернулась. Узор следовал за ней, как едва отлученный от материнской титьки щенок рубигончей.

— Ты выдашь мою маскировку! – рявкнула она.

Криптик остановился, его узор замедлился.

— Ты должна знать, что сказал Шут. Он такой мудрый. Кажется, он любит тебя и ненавидит всех остальных. Ха-ха. Он смеялся надо мной. Это было очень забавно. Я как цыпленок. Ха-ха.

Бесформенная зажмурилась и вздохнула.

— Он просил передать, что мы тебе доверяем, – сказал Узор. – И любим тебя. Он просил сказать тебе, что ты заслуживаешь доверия и любви. Это правда. Мне очень жаль, что я лгал. Очень долго. Мне так жаль. Я думал, ты с этим не справишься.

— Шаллан бы не справилась, – сказала она. – Ступай и жди меня дома. Я разберусь с тобой позже.

Она зашагала прочь, и, к счастью, он не последовал за ней. Пришло время стать той женщиной, которой она себя воображала в мечтах с тех пор, как покинула дом, чтобы обокрасть Ясну. Бесформенная могла наконец присоединиться к Духокровникам. Ее не волновало прошлое Шаллан. Пусть спит. Она могла быть как Вуаль, которая не нуждалась в таких вещах.

«Ты притворяешься такой же, как я, – подумала Вуаль. – Но Шут прав. Ты заслуживаешь любви, Шаллан. Ты правда ее заслуживаешь».

Покои Верховного судьи располагались на самом верху плоскости, рядом с укрепленным краем стены. Трудно было не обращать внимания на странную геометрию здесь, вдали от парков и зарослей – небо было так близко. Она хотела потратить время, чтобы его нарисовать, но, конечно, это теперь ей несвойственно. Она должна считать зрелище дезориентирующим и странным. Как Вуаль.

Стало проще, когда она сосредоточилась на цели: маленьком здании вблизи от угла крепости. Она прошла мимо нескольких спренов чести, помахала тем, кто ее приветствовал, но в основном целеустремленно двигалась вперед.