Книга Ритм войны. Том 2, страница 136 – Брендон Сандерсон

Тимбре ободряюще пульсировала.

— Ты уверена? – спросила Венли. – Мне почему-то кажется неправильным использовать его силу, чтобы подпитывать наши способности.

Пульсирующий ответ спрена был прагматичным. В самом деле, они использовали пустосвет каждый день – его толика хранилась в светсердце, – чтобы питать переводческие способности Венли. Она не знала, была ли ее способность использовать пустосвет для сил Сияющей вызвана тем фактом, что она была Царственной, или любой певец, имеющий узы со спреном, мог бы сделать то же самое.

Сегодня она втянула пустосвет, как буресвет, и он полностью наполнил ее светсердце. Пустосвет не заставлял ее двигаться или действовать, как это делал буресвет. Вместо этого он воспламенил ее эмоции, в данном случае сделав еще более подозрительной, поэтому она снова проверила Шейдсмар. По-прежнему тревожиться было не о чем.

Она прижала руку к стене и попыталась прощупать камень. Не пальцами. Душой.

Камень ответил. Казалось, он шевелится, как человек, пробуждающийся от глубокого сна.

«Привет, – сказал он, и звуки были протяжными. Она не столько услышала это слово, сколько почувствовала его. – Мы… тебя знаем».

— Я Венли, – сказала она. – Из слушателей.

Камни задрожали. Они разговаривали одним голосом, но ей казалось, что это множество голосов накладываются друг на друга. Не голос башни, а голоса множества различных камней вокруг нее. Стены, потолок, пол.

«Сияющая, – сказали камни. – Нам… не хватало твоего прикосновения, Сияющая. Но что это такое? Что это за звук, что за нота?»

— Пустосвет, – призналась Венли.

«Знакомый звук, – ответили камни. – Дитя древних. Друг, ты вернулась, чтобы снова спеть нашу песню?»

— Какую песню? – спросила Венли.

Камень рядом с ее рукой пошел волнами, как рябь на поверхности пруда. Сквозь Венли прошла волна звука, которая начала пульсировать, создавая ритм, которого она никогда не слышала, но каким-то образом всегда знала. Глубокий, звучный ритм, древний, как ядро Рошара.

Вся стена последовала примеру, затем потолок и пол, окружая ее красивым ритмом, настроенным на чистый тон. Тимбре с ликованием присоединилась – и тело Венли тоже настроилось в унисон ритму, она почувствовала, как он гудит в ней, вибрируя от панциря до костей.

Она ахнула, затем прижала другую руку к камню, желая ощутить песню кожей. В этой песне таились неизъяснимые правота и совершенство.

«О, шквал, – подумала она. – О, ритмы древние и новые. Мое место здесь».

Ее место здесь!

До сих пор все, что она делала с Тимбре, было случайным, импульсивным. Она принимала какое-нибудь решение, но никогда не чувствовала, что заслуживает результата. Это больше походило на путь, на который она попала не по своей воле и продолжала идти, потому что он был лучше прочих вариантов.

Но теперь… ее место здесь.

«Вспомни», – сказали камни.

Поверхность перед ней перестала колыхаться и начала принимать некие очертания. Маленькие каменные домики с фигурками, стоящими рядом. У всего была форма. Она слышала, как они поют.

Она видела их. Древние люди, Певцы Зари, обрабатывали камень. Создавали города, инструменты. Им не нужны были ни духозаклинатели, ни кузницы. Они погружали в камень куски дерева и получали топоры. Пальцами придавали форму чашам. Все это время камень пел им.