Книга Слова сияния, страница 396 – Брендон Сандерсон

Он вытащил из кармана последнюю заряженную сферу и осветил дорогу.

— Меня тревожит другой вопрос, которого ты избегаешь, – произнесла Сил, опускаясь на его плечо. – Прошло два дня. Когда ты доложишь Далинару о тех людях, встречу с которыми устроил Моаш?

— Он не стал меня слушать, когда я рассказал про Амарама.

— Очевидно же, что это совсем иное дело.

Так и было, она права. Почему же он не известил обо всем Далинара?

— Эти люди не из тех, кто долго ждет, – заметила Сил.

— Я что-нибудь придумаю. Мне просто нужно больше времени на размышления. Я не хочу, чтобы Моаша застигла буря, когда мы с ними разберемся.

Спрен молчала весь остаток пути, пока он шел, забирал свое копье и взбирался по лестнице обратно на плато. Небо над ними затянули тучи, но погода в последнее время все больше походила на весеннюю.

«Наслаждайся, пока можешь, – подумал Каладин. – Скоро начнется Плач». Недели неустанных дождей. И нет Тьена, чтобы подбодрить. У брата это всегда получалось.

Амарам лишил его этого. Кэл опустил голову и пошел дальше. На краю военного лагеря он повернул направо и двинулся на север.

— Каладин? – спросила Сил, подлетая. – Почему ты идешь в эту сторону?

Он поднял голову. Это была дорога к лагерю Садеаса. Лагерь Далинара располагался в другом направлении.

Юноша продолжил идти.

— Каладин? Что ты делаешь?

Наконец он остановился. Амарам должен быть там, впереди, где-то в лагере Садеаса. Было поздно, Номон близился к зениту.

— Я мог бы его прикончить. Влететь в его окно вспышкой буресвета, убить и скрыться, прежде чем кто-то успеет дать отпор. Так просто. Все решат, что это был Убийца в Белом.

— Каладин…

— Сил, это справедливо! – воскликнул он с внезапной яростью и повернулся к ней. – Ты говоришь, я должен защищать. Так я мог бы убить его именно ради этого! Чтобы защитить людей, которых он способен погубить. Как погубил меня.

Она как будто уменьшилась в росте.

— Мне не нравится, каким ты становишься, когда думаешь про Амарама. Ты перестаешь быть самим собой. Перестаешь размышлять. Прошу тебя.

— Он убил Тьена. Я его прикончу.

— Сегодня ночью? – спросила она. – После того, что ты обнаружил, после того, что ты сейчас делал?

Каладин тяжело вздохнул, вспоминая восторг, испытанный в ущельях, и свободный полет. Он впервые за целую вечность испытал подлинную радость.

Неужели он хочет запятнать это встречей с Амарамом? Нет. И даже не желал, чтобы этот человек немедленно умер, хотя день его смерти, несомненно, будет прекрасным днем.

— Ладно. – Он повернул обратно к лагерю Далинара. – Не сегодня.

Вечернее рагу уже доели к тому моменту, когда Каладин вернулся в казарму. Прошел мимо костра, где еще светились угли, и направился в свою комнату. Сил улетела куда-то вверх. Остаток ночи она будет летать вместе с ветрами, резвиться со своими кузенами. Насколько он знал, спрен не нуждалась в сне.

Наконец вошел в свою отдельную комнату, чувствуя усталость и изнеможение, но в приятном смысле. Это…

Кто-то пошевелился в комнате.

Каладин повернулся, вскинул копье и втянул буресвет из последней сферы, которой освещал свой путь. Заструившийся от него свет озарил красно-черное лицо. Среди теней Шен выглядел тревожно, зловеще, будто злой спрен из легенды.

— Шен, – выдохнул Каладин, опуская копье. – Какая буря тебя…