Книга Слова сияния, страница 286 – Брендон Сандерсон

Шаллан похолодела. Плотнее завернулась в шаль. Упомянутые ревнители сидели за отдельным столом и молча ужинали. Трое мужчин были одинаково седыми и служили достаточно долго, чтобы помнить дедушку Шаллан молодым. Однако они относились к ней с добротой, и учеба у них доставляла ей удовольствие, когда все прочее рушилось.

— Почему все молчат? – грозно вопросил отец, окидывая комнату взглядом. – Я только что объявил о своей помолвке! Вы похожи на банду алети, буря бы их побрала! Мы веденцы! Пошумите, придурки!

Гости вежливо похлопали, хотя теперь все выглядели еще более стесненно, чем раньше. Балат и двойняшки посмотрели друг на друга и легонько постучали по столу.

— Да провалитесь вы все в пустоту! – Отец рухнул обратно в кресло, а его паршуны в это время подошли к низкому столу с коробками в руках. – Подарки моим детям, в честь этого события, – продолжил светлорд Давар, взмахнув рукой. – Хоть на самом деле мне наплевать. Ха!

Он осушил чашу.

Мальчикам достались кинжалы – очень хорошие, с гравировкой, как на осколочных клинках. Подарком Шаллан было ожерелье из толстых серебряных звеньев. Она в молчании держала его перед собой. Отцу не нравилось, когда дочь много говорила на пирах, хотя всегда распоряжался ставить ее стол поближе к главному.

Он никогда на нее не кричал. Не в открытую. Иногда ей хотелось, чтобы отец это сделал. Может, в этом случае Йушу позабыл бы о своей вечной обиде на нее. Это…

Дверь в пиршественный зал распахнулась. Тусклый свет озарил высокого мужчину в темной одежде на пороге.

— Это еще что? – вопросил отец, поднявшись и с грохотом ударив руками по столу. – Кто прервал мой пир?

Мужчина вошел решительным шагом. Его лицо было очень длинным и узким, будто сплющенным с двух сторон. Красно-коричневый сюртук из мягкой ткани украшали кружевные манжеты. Губы он поджимал с таким видом, словно только что обнаружил уборную, переполненную во время дождя.

Один его глаз оказался ярко-голубым. Другой – темно-карим. Он был одновременно светлоглазым и темноглазым. Шаллан продрал озноб.

Слуга дома Давар подбежал к главному столу и что-то прошептал отцу. Девушка не расслышала ни слова, но, что бы это ни было, отец мгновенно утратил свой грозный вид. Он остался стоять, но в растерянности приоткрыл рот.

За новоприбывшим вошли несколько слуг в красно-коричневых ливреях. Незнакомец шагнул вперед с такой осторожностью, словно внимательно выбирал, куда наступить, чтобы не запачкаться.

— Меня послал его высочество великий князь Валам, повелитель этих земель. Его внимание привлекли слухи о темных делишках здесь. Слухи о смерти светлоглазой женщины. – Их с отцом взгляды встретились.

— Мою жену убил ее любовник, – возразил отец. – А потом покончил с собой.

— Люди, светлорд Лин Давар, рассказывают другую историю, – проговорил новоприбывший. – Такие слухи… причиняют беспокойство. Они пробуждают недовольство его высочеством. Если светлорд, подвластный ему, и впрямь убил высокородную светлоглазую женщину, мы не можем оставить такое без внимания.

Отец не ответил с гневом, как могла бы предположить Шаллан. Вместо этого замахал руками в сторону дочери и гостей.

— Прочь! – выкрикнул он. – Мне нужно больше простора. Ты, гонец, давай поговорим наедине. Нет нужды тащить в дом уличную грязь.