Книга Слова сияния, страница 270 – Брендон Сандерсон

Она махнула ему, приказывая оставаться на месте, сделала глубокий вдох и направилась сквозь беспокойную толпу солдат и прислужников прямиком в королевский зал заседаний.

И вот когда каждому ордену придана была сообразность с природой и темпераментом Вестника-патрона, наиболее полно эту сообразность воплотили в себе камнестражи, которые следовали за Таленелат’Элином, Каменной Жилой, Вестником войны: они считали делом доблести олицетворять решимость, силу и надежность. Увы, куда меньше их заботила собственная склонность к упрямству, даже после убедительного доказательства ошибочности их суждения.

Из «Слов сияния», глава 13, страница 1

Наконец-то перерыв! Они не закончили – Буреотец, сколько еще это будет тянуться? – но наступил момент, когда споры прекратились. Адолин встал – раны на его ноге и боку запротестовали – и покинул отца и тетушку, предоставив им возможность негромко побеседовать друг с другом, пока большая комната заполнялась гулом разговоров.

Как отец это выносит? Прошло целых два часа, если верить висевшим на стене фабриалевым часам Навани. Два часа великие князья и их жены выражали свое недовольство Убийцей в Белом. Никто не мог прийти к согласию по поводу того, как следовало поступать.

Все игнорировали правду, которую им совали прямо в лицо. Ничего нельзя сделать. Ничего – просто Адолину необходимо сохранять бдительность и упражняться, чтобы в следующий раз дать монстру достойный отпор.

«По-твоему, ты можешь его победить? Того, кто ходит по стенам и заставляет самих спренов природы повиноваться себе?»

От этого вопроса делалось не по себе. По предложению отца Адолин с неохотой сменил доспех на нечто более подходящее. «Мы должны на этом собрании излучать уверенность, – сказал Далинар, – а не угрозу».

Вместо него в доспехе был генерал Хал, прятавшийся в смежной комнате с ударным отрядом. Отец считал маловероятным, что убийца нападет во время собрания. Если он хотел убить великих князей, то куда проще было бы разобраться с ними поодиночке, в ночи. Атаковать всех сразу, в компании гвардейцев и десятков осколочников, казалось неблагоразумным решением. И действительно, на собрании было полным-полно осколков. Трое великих князей надели свои доспехи, остальные привели осколочников. Абробадар, Джакамав, Реси, Релис… Адолину редко доводилось видеть столь многих сразу.

Неужели хоть что-то из этого имеет значение? Вот уже несколько недель со всего мира поступали донесения. Убитые короли. Обезглавленные правящие дома по всему Рошару. В Йа-Кеведе, как сообщалось, убийца прикончил несколько десятков солдат со щитами-полуосколками, которые могли блокировать его клинок, а также троих осколочников, включая самого короля. Кризис поразил целый мир, и его причиной был один человек. Разумеется, если он человек.

Адолин разыскал себе чашу сладкого вина в углу зала, где ему с готовностью налил слуга в синем и золотом. Оранжевое вино, по большому счету обыкновенный сок. Адолин все равно осушил целую чашу и отправился искать Релиса. Ему нужно было что-то делать, а не просто сидеть и слушать, как люди негодуют.

К счастью, он кое-что придумал, пока шло собрание.

Релис, сын Рутара и блестящий осколочник, обладал лицом, похожим на лопату, – плоским и широким, с носом, который, по всей видимости, расплющили. Он вырядился в вычурный зелено-желтый наряд. Имея возможность надеть что угодно, он остановил свой выбор на… этом?