Книга Ветер и Правда. Том 1, страница 76 – Брендон Сандерсон

— Хватит разглагольствовать об одежде! – вмешалась Шаллан и перевела взгляд на Каладина. – Есть новости? У нас есть.

— В Шейдсмаре собирается армия, – сообщил Адолин. – Движется на Азимир.

— Нужно разведать, что у других Клятвенных врат, – подхватила Шаллан. – Можешь нас подбросить? После разговора с Далинаром.

Каладин улыбнулся:

— Не сомневаюсь, кто-нибудь из ветробегунов справится с этой задачей. Я… больше не участвую в сражениях. Твой отец поручил мне другое задание.

— Другое задание? – переспросил Адолин. – Подождет! Будет совещание. Это нападение нельзя оставить без внимания.

— Я уверен, вы отлично справитесь, – сказал Каладин и взглянул на Сил; она кивнула. – Мы и Сзет отправляемся вместе в Шиновар, чтобы разведать, что там творится, а потом выследить Вестника Ишара.

— Кэл, – встряла Шаллан, – грядет бой. Судя по масштабам войска, крупнее всех прежних. Каждый солдат на счету. Уверена, если поговорить с Далинаром, он отменит твой вынужденный отъезд.

— Он это уже предлагал, – заметил Каладин. – Но мне кажется, я нужнее в другом месте. А может, как сказал бы Шут, мне нужно заниматься другим делом. Шаллан, мне пора найти иной путь.

Адолин задумчиво вгляделся в него.

— Все в порядке, – произнес Каладин, посмотрев в глаза сначала Шаллан, потом Адолину. – Я не могу объяснить, но должен идти именно этим путем.

Шквал…

— Что это в твоем голосе, неужели оптимизм?

Шаллан хотела сострить, но поняла, что слова не идут. Не при таком выражении лица Каладина. На нем читалась уверенность. И оптимизм. Но в то же время и сожаление? Мрачность?

— По-моему, он всегда был оптимистом, – сказал Адолин. – Только оптимист кинется спасать того, кто обречен.

— Честь мертв… – прошептал Каладин.

— На этот счет ты, кстати, ошибаешься, – возразил Адолин. – Честь не умер.

— Но… – начал Каладин.

— Честь не умер, – продолжил Адолин, – пока он – она – живет в нас. Мы пойдем на совещание без тебя, но, может, потом встретимся, чтобы пропустить по стаканчику в «Долге Йеза»?

— Мы в Шейдсмаре тоже обнаружили Вестника, – пояснила Шаллан, демонстрируя портрет Келека. – Ты же можешь отложить поездку на несколько часов, чтобы выслушать?

— Сомневаюсь, – ответил Каладин. – Нам с Сил и Сзетом надо прокатиться на буре, которая сейчас в разгаре. Нам бы уже следовало отбыть.

— Кэл? – насторожилась Шаллан, вздернув подбородок. – Что значит этот тон? Выкладывай!

— Шут дал понять… в общем, он навел меня на мысль, что перед отлетом стоит повидаться с теми, кто мне важен. Никогда не знаешь, что приключится завтра.

С этими словами он – удивительное дело! – наклонился и неловко ее обнял. Следом обнял и Адолина, и если бы Шаллан была ревнивицей, то отметила бы, что ее мужа он обнимал дольше, чем ее.

— У тебя все будет хорошо? – уточнил Адолин, когда Каладин отступил.

— Понятия не имею, – ответил тот. – Но у меня хорошее настроение, Адолин. Пока я могу сосредоточиться только на этом.

— Эй, – подалась ближе к нему Шаллан, – приглядывай там за Сзетом хорошенько. Я ему не доверяю.

— Мы с ним справимся, – заверила Сил. – Уже доводилось.

— Кэл, если ты бросаешь нас сейчас, то я считаю это обещанием на будущее. Вчетвером, – кивком указал Адолин на Сил, – по стаканчику, когда все закончится.

— Вам нужно идти, – поторопил их Каладин. – Если вы правы насчет армии, то Далинар захочет переговорить немедленно.