Книга Ветер и Правда. Том 1, страница 312 – Брендон Сандерсон

Голос Шаллан.

Шаллан круто обернулась и увидела существо, одетое в точности как она, только с головой из клубящегося серого дыма. Он крутился, перетекал, завораживал.

— Вот что мы есть, Шаллан, – произнесло существо. – Вот чем нам нужно стать. Ты не сможешь вечно меня отрицать. Я – это ты.

— Б-Бесформенная? – прошептала Шаллан. – Я же изгнала тебя.

— Я – это ты.

— Нет, – сказала Шаллан, пятясь. – Я тебя изгнала!

— И тем не менее, – продолжила та, наступая, – ты явилась в царство вероятностей и возможного будущего. Скажи, сделал ли тебя лучше один хороший день? Станет ли тебе хоть когда-нибудь по-настоящему «лучше»?

— Я смогу стать лучше, – прошипела Шаллан. – Смогу.

— Сможешь ли? – спросила Бесформенная, и всё вокруг словно поблекло. – Шаллан, ты такая, какой тебя сделали. Отражение того, что сделали с тобой. А это я. Я – твое будущее.

Шаллан с криком сгорбилась, выставив руки, будто клешни: одна раскрытая, другая с зажатым в ней ножом. Видение исчезло. Все обратилось клубящимся туманом, и Шаллан почувствовала, как кто-то ее обнял. Узор.

— Успокойся, – сказал он. – Успокойся…

Тяжело дыша, Шаллан замерла в его объятиях. Она ничего толком не видела в этом мельтешении изменчивых форм и вероятностей, как в мешанине красок. Но где-то рядом прозвучал голос Рлайна.

— Могло пройти и лучше, – произнес он с выраженным ритмом.

— Давай найдем какое-нибудь место, чтобы перевести дух и перегруппироваться, – отозвался Ренарин. – Наши спрены в панике. Они убеждены, что еще пара мгновений – и нас бы заметили боги. Надо бы в дальнейшем обходиться без такого шума.

— Когда кого-то убиваешь, всегда поднимается шум, – пробормотала Шаллан. – Во всяком случае, у меня каждый раз так выходило…

Но она позволила увлечь себя в туман будущего.

* * *

Буреотец виделся Далинару мерцанием. Стоял на склоне горы, смотрел вниз на только что прибывших людей.

Далинар остановился перед спреном, разглядывая его. Сегодня ему показалось, что он даже улавливает в мерцании очертания фигуры – и она соответствовала виденному им образу мертвого бога, Чести, именуемого также Танавастом.

Буреотец являлся отголоском Всемогущего. Как если бы угольный набросок Шаллан обтерся о другой лист, оставив на нем бледную тень исходного рисунка. Сегодня, как и в большинстве случаев, Далинар мог считать настроение Буреотца.

Ему было… грустно.

— Собаки вымрут, – тихо проговорил спрен.

— Кто?.. – нахмурился Далинар.

— Видишь тех небольших животных, пришедших с беженцами? – сказал Буреотец. – Таких дружелюбных? Они называются собаки. – Он ненадолго умолк. – Танаваст всегда говорил, что ему не хватает гончих. Сюда попала слишком маленькая популяция для дальнейшего размножения. Через три сотни лет их не останется.

— Гончие? – переспросил Далинар. – Как рубигончие?

— Ваши предки вывели рубигончих в качестве замены, поскольку они занимают ту же экологическую нишу. И поведение в чем-то сходно. Это… любопытная особенность генетики и параллельной эволюции. Если выводить животных с определенными чертами – например, послушных, – то подчас можно получить заодно те же самые черты спутника. Вот свиньи отлично приживутся на Рошаре: они готовы есть что угодно. Норки одичают. Крысы выживут – поразительно, учитывая, как мало их сумело проскользнуть сюда, но я приучился никогда не удивляться тому, где можно наткнуться на крыс. Смотри. Сейчас появятся птицы.