Книга Ветер и Правда. Том 1, страница 262 – Брендон Сандерсон

Это стоило бы им города. Адолин помотал головой и воздел руки в умоляющем жесте. Кушкам заметил его. Минута прошла в тревожном ожидании. Потом командующий поднял украшенное лентами копье и направил его вперед. Это выглядело как приказ держать позиции и не отступать.

Адолин расслабился, наблюдая за завершением следующего этапа. Певцы построились и пошли в наступление, но в умении держать строй им было не тягаться с людьми. По отдельности каждый певец – даже в боевой форме – превосходил человека по силе, однако они полагались на разгон, устрашение и натиск.

Новое наступление оказалось хуже первого. Стоило певцам подойти ближе, как на них посыпались стрелы. Азирцам представилась возможность использовать открытое поле по назначению. Певцы пробовали закрываться щитами, но стрелы достигали цели, и линии атакующих ломались. В рядах азирцев Адолин различил характерные щелчки взводимых арбалетов. На перезарядку и подготовку тяжелых тайленских устройств уходило немало времени, но их мощь, шквал побери, впечатляла. На глазах Адолина болт с легкостью пробил грудную пластину певца, вдребезги разнеся панцирь. Арбалетчики, стрелявшие из рядов азирской пехоты, могли выцеливать Царственных, а при приближении врага перемещаться назад.

Линии людей выстояли и в этой стычке, и в следующей. Адолину почти не приходилось подскакивать и бросаться со своим доспехом на помощь. Полчаса спустя все стихло. О победе над певцами речи и близко не шло, но они, очевидно, надеялись быстро одержать верх в первом столкновении. Кольцо защитников двинулось вперед, сжимаясь, и где-то вдалеке Абиди скомандовал отступление. Его войска сгрудились у контрольного здания, а затем, как ни удивительно, группами вернулись в Шейдсмар.

«Они уходят?» – спросила Майя.

«Уверен, не навсегда, – подумал Адолин. – Но в Шейдсмаре они защищены от наших лучников и любых нападений. Вероятно, понимают, что им нужно доработать план наступления».

Прищурившись, Адолин высмотрел Абиди Монарха, гневно взиравшего в его сторону.

«Он опасен, – заметила Майя. – Я знаю его с прежних времен. Один из лучших поединщиков и зачастую их вождь».

«Он не летает, – мысленно ответил ей Адолин. – Неужели из-за нанесенного мной в Шейдсмаре удара?»

«Так иногда бывает. Трещина может помешать певцам применять силы. Обычно они умирают и перерождаются. Но…»

«Если он умрет, он рискует пропустить весь остаток битвы», – сообразил Адолин.

До состязания Далинара ожидалась всего одна Буря бурь, и не всякий Сплавленный был в состоянии найти себе вместилище каждую бурю.

«Хуже того, – добавила Майя, – ему придется передать командование другому Сплавленному, которому и достанется вся слава завоевания города».

Адолин шел мимо спренов боли. Он охранял азирские отряды, занятые поиском раненых среди павших. Враг не воспользовался этой возможностью и не ринулся в новую атаку. Сейчас стычку можно было счесть выигранной.

Чутье подсказывало Адолину, что теперь, поняв, что быстро город захватить не удастся, враг будет зализывать раны и строить стратегии. Князь отдал своим людям приказ выходить наружу, предоставив дежурить в куполе азирцам. Перед тем как самому покинуть купол, он выразительно вскинул кулак в знак благодарности далеким лучникам. Мэй наверняка смотрит в подзорную трубу.