Книга Ветер и Правда. Том 1, страница 170 – Брендон Сандерсон

— Посмотрим, – ответил тот, – посмотрим.

Их отец был спокойным мужчиной с длинной бородой, которую перевязывал внизу зеленой лентой, вместе с двумя такими же на плечах составлявшей его цветовое пятно. Ему полагалось носить три элемента, поскольку обязанности по обучению других пастухов делали его выше статусом. Голову его затеняла привычная высокая широкополая шляпа из тростника, а его небольшое брюшко красноречиво говорило о его поварском таланте. Он знал ответы на все вопросы. Всегда.

— Отец, что тут неясного? – спросил Сзет, поглядывая из-за его плеча на камешек. – Нужно просто сделать, как правильно.

Отец взглянул на большой камень, потом на маленький.

— Один камень – благословенная аномалия. Два – могут означать нечто большее. Например, что спрены избрали здешние места.

— Что ты имеешь в виду? – спросила Элид, уперев руки в бока.

— Я имею в виду, что тут могут оказаться и другие камни, скрытые под поверхностью, – пояснил отец. – Шаманы захотят переселить всю область, огородить ее и понаблюдать несколько лет, не покажется ли что-то еще.

— А… мы? – спросил Сзет.

— Ну, нам придется переехать, – ответил отец. – Разобрать дом – а то вдруг он случайно стоит на священной земле? Обустроиться там, где Земледелец найдет нам место. Может быть, в городе.

В городе?! Обернувшись, Сзет посмотрел в ту сторону, хотя цепь холмов скрывала Ясногорье. Его было видно только с любой вершины. Город находился недалеко, примерно в часе ходьбы, но, по мнению Сзета, там было слишком шумно и людно. В городе не возникало ощущения, что до гор рукой подать, потому что вид на них перегораживали здания. Казалось, будто луга побурели, сменившись унылыми дорогами. Не долетал запах моря.

Сзет бы не сказал, что ненавидит город. Однако у него складывалось впечатление, что город ненавидит то, что ему дорого.

— Я не хочу переезжать! – воскликнула Элид. – Мы нашли камень! Нас не должны наказывать.

— Но если так правильно, – проговорил Сзет, – нам придется это сделать. Верно, отец?

Тот поднялся на ноги, подтянул штаны и принялся ждать. Вскоре Сзет разглядел мать, спешившую по тропе меж холмов к дому. В качестве цветового пятна она носила длинную зеленую юбку, и хотя это был всего один элемент, его размер… в общем, дерзкое количество цвета для ее положения. Поверх платья на ней белел передник, а вокруг головы облачком пушились темно-русые кудри.

Она несла одну из городских лопат – реликвию, созданную из металла, не знавшего камня, душезаклятого носителем Чести в дар городу.

Сзет вытаращился, и у него отвисла челюсть. Не может же это значить…

Мать торопливо подошла к ним с лопатой на плече. Отец кивком указал на новый камень, и мать выдохнула с облегчением:

— Такой маленький? Твоя записка, Нетуро, меня взволновала.

— Мама? – спросил Сзет. – Что ты собираешься делать?

— Всего лишь немного передвинуть твою находку, – ответила она. – Я одолжила лопату, но никому не стала объяснять для чего. Мы выкопаем камень и перенесем на пару сотен ярдов. Подождем, пока пройдет дождь, чтобы выглядело так, будто он вылез естественным образом, а потом всем расскажем.

Сзет ахнул:

— Его нельзя трогать!

Мать вытащила пару перчаток.

— Само собой. Поэтому, дорогой, я прихватила перчатки.

— Это то же самое! – воскликнул Сзет в ужасе и перевел взгляд на отца. – Мы же не можем так поступить, правда?