Книга Отраженное мироздание. Тринадцатый воин, страница 68 – Василий Криптонов, Мила Бачурова, Владимир Батаев

— Ангел, я не могу разрывать могилу! – Толя выбрался из-под Рели и встал перед своим духовным наставником. – Я, как и всякий нормальный человек, несколько комплексую, когда речь заходит о мертвецах!

— Речь идет о живых! – отрезал ангел. – Либо ты копаешь, либо произойдет что-то очень страшное.

— А я могу увидеть Бога? – вдруг спросил Толя.

— Какого Бога? – уточнил ангел.

— Бог един, – напомнил Толя.

— А, ну да, конечно! Когда ты умрешь, тебе окажут такую честь.

— Нет, сейчас! Я хочу узнать, что он по этому поводу думает.

— Послушай, Толя, – сказал ангел. – Я не та субстанция, чтобы идти против воли Создателя. Если я тебе что-то говорю, значит, это ему угодно.

— Да? И когда ты, пьяный, меня в этот мир припер?

— Ну, не то чтобы совсем, но так, как оно есть, потому как быть того не может, – витиевато объяснил ангел.

— Чего?

— Я просто хотел сказать, что с точки зрения банальной эрудиции…

— Так, ладно! Я понял!

— Ну, вот и хорошо. Я пошел.

Ангел исчез. Толя поднял лопату и задумчиво осмотрел ее.

— Ну что на этот раз? – с болью в голосе спросила Рели.

— Прости, – вздохнул Толя. – Но нам придется копнуть поглубже.

Лопата вонзалась в слежавшуюся, жесткую землю с трудом, то и дело приходилось брать кирку. Анатолий утомился еще до того, как выкопал яму хоть по колено. Вопреки опасениям, он не чувствовал, что совершает что-то святотатственное. Он просто копал яму. Возможно, доктор в его сознании взял верх над простым человеком, а страх перед трупами у врачей отсутствует профессионально.

Рели ходила кругами с весьма сумрачным видом. Подсос спал, иногда во сне судорожно сжимая автомат и бубня: «Я подержу их, ничего! Один свалил, и все его того…». Толя же упорно копал и копал. Несколько раз он останавливался на отдых, но что-то его подгоняло, не давало как следует расслабиться. Пот заливал глаза, дико хотелось спать. Все вокруг казалось красноватым, как тогда, когда он потерял сознание в подвале гостиницы.

Чтобы отвлечь себя от сна и тоскливых мыслей, Толя говорил в режиме «монолог»:

— Вот, спрашивается, почему? Почему я тут сейчас, как проклятый, после бессонной ночи, ужасных увечий и тому подобного машу лопатой, как стройбатовец? Проклятый стройбатовец! Возможно, конечно, в этом и есть сермяжная правда, но мне кажется, что все это происходит из-за водки! Вот если бы ангел не был таким невменяемым, то разве бы я вообще тут находился? Я имею ввиду, в этом мире. Нет! Я бы культурно сходил в кинотеатр, или на рыбалку. Я ходил бы в школу… Хотя, я даже сейчас никак не тоскую по этому болоту. Вонючему болоту, прошу заметить! Ей богу, лучше киркой махать в другом мире. Если бы за это еще и деньги платили, я бы и вовсе был счастлив.

В этот момент проснулся Подсос. Он покрутил головой, зевнул, протер глаза, сел и посмотрел на Толю, который уже по пояс стоял в разрытой могиле. Сначала Подсосу показалось, что он ошибся. Он повернул голову, увидел надгробие и понял, что был прав.

— Доктор, ты рехнулся, да? – спросил он сиплым шепотом.

— Нет, – ответил Толя, не отрываясь от работы.

— Так может, я рехнулся? – не отставал Подсос.

— Может, – согласился Толя.

— Ты какого черта делаешь? Некрофил! Изверг! Богохульник!

— Расслабься, мушкетер! – посоветовал Толя. – Мне велел это делать ангел, так что на богохульство не тянет.