Книга Отраженное мироздание. Тринадцатый воин, страница 125 – Василий Криптонов, Мила Бачурова, Владимир Батаев

Толя уже хотел было сказать сомнительную фразу: «Всех не перестреляют», но ему помешали. Офзеринс вдруг молнией сорвался со своего места и взлетел на стойку рядом с Толей.

— Кто может помочь нам? – громко спросил он.

Народ молчал в смятении. И тут свою лепту внес Соломон. Он вытащил из-под стола сумку, в которую Толя до этого убрал свой халат, чтоб не выделяться.

— Толян!

Толя обернулся на выкрик и успел подхватить халат. Он тряхнул его, разворачивая и торжественно, будто королевскую мантию, накинул на плечи. Новая волна удивленных и восхищенных возгласов прокатилась по толпе.

— Кто может помочь нам? – снова спросил Офзеринс.

— Только доктор! – взревел кто-то.

— Кто? – прокричал лорд.

— Доктор! – изрекла толпа.

— Какой доктор?

— Доктор Фекалиус!!!

— Я не слышу вас!

— ДОКТОР ФЕКАЛИУС!!!

— Да!

Толя с удивлением смотрел на лорда Офзеринса. Своими повадками он почему-то стал напоминать ему Халка Хогана. Он продолжал выкрикивать какие-то фразы, каждую из которых народ поддерживал дружным ревом, а потом вдруг спрыгнул на пол, подбежал к какой-то легкомысленно одетой девице, схватил ее за плечи и заорал:

— Веруешь ли ты в Августо, юффрау Гёттерфляйхт?

Та от удивления проглотила жвачку и закашлялась. Толпа же вновь заорала:

— Августо!!!

Вотзефак и Вотзехелл, вышедшие из туалета, удивленно замерли, созерцая творящийся в трактире хаос.

— На минуту стоит отойти… – сказал Вотзефак.

— Ага, а они уже… – подтвердил Вотзехелл.

Они разделились. Мишут и Офзеринс повели воинственную толпу к замку кружными путями. Мишут по просьбам трудящихся вновь и вновь исполнял торжественный марш этого похода:

Пока они ходили по городу, заинтересованные люди подходили ради любопытства, а потом заражались общим энтузиазмом, так что вскоре можно было уже думать о том, чтобы захватить крепость исключительно народными силами. Но думать – на то и думать, что не делать. Поэтому Мишут крикнул, чтобы ему сделали высокий помост. Ради свержения самодержавия люди были готовы на все. Немедленно побежали за досками и гвоздями, завизжали пилы, застучали молотки… Из города толпами убегали шпионы Гана. Их никто не задерживал, напротив, давали дружеского пинка и просили передать дону, что сегодня – его последний день.

Абрама изначально хотели отправить туда же, но он наотрез отказался играть в массовке.

— Я сам пойду за своей дочерью и спасу ее! – заявил он.

После пятиминутного обсуждения кандидатура была принята. Коммандос вышли из опустевшего трактира на опустевшую улицу и забрались в грузовик. Грибы, отдыхающие в фуре, чуть не встретили их стрелами. Слыша вопли и грохот снаружи, они решили, что бой уже начался, а их не пригласили. Воинственных малышей быстро успокоили тем, что настоящая битва уже скоро, и уж там-то не придется экономить стрелы!

Вотзефак сел за руль и уверенно двинул грузовик в сторону Куликова поля. Толя и Соломон, сидевшие рядом с ним, молчали, глядя в разные стороны. То, что предстояло им, ужасно давило.

— Чего притихли? – спросил Вотзефак. – Глядите, чего я достал!