Книга Под сенью Иггдрасиля, страница 12 – Владимир Батаев

— Он — Цербер?

— Ты совсем бестолковая? — Хель со злости ударила кулаком по столу. — Тебе сказано было, что мы скандинавские боги, а не греческие! Ты что «Эдду» не читала?

— Н-нет, — с запинкой выдавила Люба.

— Так загляни в библиотеку!

— В интернет, — подсказал Вадик. — Отстала ты от жизни, сестрёнка.

Хель вытянула руку и сжала в кулак. Усмешка исчезла с лица парня, он схватился руками за горло и захрипел. Вторую руку женщина протянула к Любе. Девушка тут же почувствовала ужасную боль в груди, будто чей-то кулак стиснул её сердце.

— Я Хель, богиня смерти и повелительница царства мёртвых! — прогремел голос Ольги. — И мне надоели ваши глупости!

Дверь снова распахнулась, на сей раз на пороге появился Борис. Оценив ситуацию, он натянул на физиономию самую благодушную улыбку, на какую был способен, и умиротворяюще вытянул перед собой руки.

— Спокойствие, только спокойствие, пустяки, дело житейское, — забормотал он.

Чарующий голос Браги, бога красноречия, оказал своё воздействие. Хель разжала кулаки и откинулась в кресле, прикрыв глаза и глубоко дыша, чтобы успокоиться.

— Теперь поняла, что мы не шутим? — прохрипел Вадик.

Люба судорожно кивнула.

Браги, продолжая бормотать что-то успокоительное, уселся на стол и пододвинул к девушке ноутбук.

— Гугли, — велел он. — Скандинавские мифы, боги Асгарда… Ну, там разберёшься. Ты — Фрейя. Богиня любви и плодородия, — он подмигнул Любочке. — Плотской любви в основном. Читай внимательно и сразу всё запоминай.

Девушка не могла не подчиниться. Наблюдая, как она быстро листает один сайт за другим, пробегая глазами страницы и тут же переходя к следующей, Вадик восхищённо присвистнул.

— Ну, Браги, ты засранец. Не мог мне так перед экзаменами велеть учить?

— Я свой талант на всяких пресмыкающихся не растрачиваю, — усмехнулся Борис. — А будешь возбухать, велю пойти облизывать свой хвост.

За окном послышался рёв моторов, за которым последовала нецензурная брань и звон разбитого стекла.

— Нидхёгг приехал, — вздохнул Браги. — Чего его сюда принесло?

— Хэлкар? — всполошилась Люба. — Он — дракон?

— Я разберусь, — заверила Хель. Она уже вполне успокоилась и взяла себя в руки после вспышки ярости.

— Этак скоро племянников нянчить будешь, — подначил Вадика Борис, когда за женщиной закрылась дверь.

— Хватит повторять за Локи эту чушь, — отмахнулся Йормунганд. — Ладно он вечный шут гороховый, ты-то куда.

— Как ты об отце неуважительно, — хохотнул Браги.

— Заткнитесь оба, — перебила их Люба. — И объясните мне, что происходит.

Доподлинно неизвестно, кто из существ, известных людям по древним мифам, первым осознал свою истинную сущность после возрождения в новом теле. Возможно, это случилось сразу с несколькими, почти одновременно. Так или иначе, они поняли, кем являются на самом деле и стали искать остальных.

Пробуждение истинной сущности происходило обычно после того, как человеку исполнялся двадцать один год. Бывали некоторые исключения, но в большинстве случаев совершеннолетие было необходимым условием инициации. Одни вспоминали сами, других приходилось подталкивать. Память не возвращалась полностью и новая человеческая личность никуда не пропадала. Приходила сила, дар, способность менять облик на короткое время, у всех в разной степени.