Книга Монстр снаружи, страница 91 – Владимир Батаев

— Нет, — удивил он меня ответом. — Чаще не надо. Я смакую детали процесса в воспоминаниях. Недели как раз хватает, чтобы насладиться. Чаще — это уже не удовольствие и искусство, а каторжный труд.

Искусство? Вот ведь псих. Или он надо мной издевается? Тот парень в моих воспоминаниях тоже про «картины в алых тонах» заливал. Неужели Потрошитель читает мысли? Вон Арли точно мог, раз выдернул образ из моей памяти.

— И неважно, что тебя используют? Что ты часть чужой игры? Что тебя считают мобом, с которого надо выбить лут?

Зачем я вообще продолжаю этот разговор? Ведь убеждать его в чём-то уже совсем не хочу.

— Ни капли, — покачал головой эльф. — Все используют друг друга. Даже друзья и возлюбленные. Разве не так?

Вот ведь философ доморощенный! И ведь в чём-то он прав, хотя это очень узкий взгляд на жизнь. Но таки существующий, не этот псих его придумал.

— Отношения на почве взаимной выгоды, — кивнул я. — Всё взаимодействие строится на том, какую пользу люди могут принести друг другу. И если она примерно равна в обе стороны, то это создаёт крепкое и частое взаимодействие. Но оно не ограничивается только получением прямой выгоды. Да и сама выгода может быть довольно абстрактной, условной или моральной. Например, друг, с которым ты ходишь в бар пить пиво. Оба получают выгоду в виде наличия хорошего собутыльника и собеседника. Но это выгода скорее духовная… Несмотря на пьянство. С любовью примерно также, разве что чуть более возвышенно.

— С возвышенностью удовольствия от чужих мучений ты, конечно, не согласишься, — хитро прищурившись, сказал эльф. — Но суть от этого тоже не меняется. Я всем доволен.

Я развёл руками.

— Ну, как знаешь. И что дальше?

— Ты удовлетворил мою потребность к общению, — заявил он. — Теперь вернёмся к потребности наслаждаться чужими страданиями. Взаимной выгоды не обещаю.

Я не успел уклониться от резко вытянувшегося щупальца, которое обвило меня за пояс. Впрочем, при этом я сумел выдернуть из-за пояса кинжалы. И бросил их под ноги. Драться с боссом данжа, которому только что проиграла пятёрка игроков, более умелых и опытных, чем я? Дохлый номер. А так, может, Доротея сообразит прихватить моё оружие, прежде чем смыться.

— Беги! — заорал я.

— Сама знаю, — донеслось бормотание в ответ. — Через секундочку.

Я обернулся через плечо, посмотреть, чем она там занята. И увидел сдвоенные стрелы, огненную и ледяную, летящие мне прямо в лицо. Ещё успел услышать полный разочарования рёв Потрошителя, которого снова лишили игрушки для его извращённо-маниакальных развлечений. А потом стрелы достигли своей цели.

Я очнулся в темноте, скрючившись в позе эмбриона…

Третий раз, это однообразие становится скучным. Пинками и ударами кулаков разломал скорлупу, выбрался наружу и глубоко вдохнул свежий лесной воздух. И уставился на две пары глаз представителей комитета по торжественной встрече.

— Доротея… Ты смогла сбежать…

Моя соратница кивнула и слегка улыбнулась, показывая, что всё в порядке. Уф, хорошо, что она не попалась в лапы Потрошителю. Этого даже её лабильная психика могла не пережить. Я присмотрелся, увидел уровень над головой Доротеи — двадцатый. Это за мою шкуру ей так перепало или она кого-то ещё грохнула? Скорее всего, последнее.