Книга Возрождение клана, страница 113 – Владимир Батаев, Илай Шань

— Или я, — сказала вышедшая из темноты Изольда. — Потерпите секунду боли. Я попробую сплюснуть клетку и выдавить ее через ваши тела.

Мы не успели ничего возразить, потому что передняя часть решетки вдруг двинулась на нас. Изольда покраснела от натуги, казалось, она сама горит заживо. Ректорша будто бы толкала через нас невидимый пресс.

Я не буду описывать, каково это, когда через тебя проходит магический огонь. Мира отделалась парой ожогов на ключицах, Рааму подпалили брови и ресницы, а у меня покраснели и распухли пальцы рук, как будто я долго просидел в парной.

К чести Изольды, она тут же кинулась к нам. Быстро осмотрев повреждения, достала из поясной сумки пузырек с мазью, пахнущей полынью. Через секунду боль прошла, а мои пальцы вернулись к нормальным размерам. Я подумал, что если магический огонь почти не причинил реальный вред, то, может, мы могли бы и сами продавить решетку прессом?

— Повезло, что Оглай симпатизирует сильным магам, — покачала головой Изольда. — Слабых бы он прихлопнул. А теперь возвращайтесь по комнатам. Вполне возможно, что Школе предстоит выдержать осаду, ведь мятежникам могут понадобиться наши артефакты.

— Мы едем в деревню черных эльфов, которые охраняют Обломок меча медуз, — сообщила Альмира. — И вы не сможете нас остановить. Благодарим за спасение, но сидеть, как мыши под веником, когда решаются судьбы мира — недальновидно и трусливо.

— Что ж, идите, раз ума нет, — вздохнула ректорша. — Первая волна мятежа уже доказала, что удерживать вас бесполезно. В любую дырку пролезете.

— А вы не хотите поехать с нами? — спросил неугомонный Раам, и я отвесил ему подзатыльник.

— И оголить Школу? — усмехнулась ректорша. — Мало ли что стукнет в башку мятежникам. По моему приказу все преподаватели защищают студентов и артефакты, а с заговорщиками пусть разбираются те, кому по должности положено. Зря, что ли, Индира свой хлеб ест. Сейчас она отрядом магов прочесывает подземелья. Вам туда соваться я не советую.

— Еще раз спасибо за освобождение, — Мира почтительно наклонила голову. — И я очень рада, что вы за нас.

— Не за вас, а против них, — Изольда вдруг взглянула на меня. — Слушай, я понимаю, что Альмире и принцу есть за что умирать. Но ты-то зачем в это ввязался? Это не твой мир и не твоя война.

— Чтобы защитить тех, кого люблю, — повторил я выученную фразу.

Но Изольда лишь усмехнулась:

— Придумай объяснение получше!

* * *

Когда мы катили по темным дорогам на старенькой «аудюшке» я в очередной раз порадовался обострившемуся зрению. Но потом въехали в лес, и мой оптимизм резко поубавился.

Я бы предпочел взять с собой Миру, Лота и Эрика, но пришлось удовлетвориться собственным гаремом. Эрик должен был подчиняться приказу ректорши, а Лот наотрез отказался помогать черным эльфам, которых до сих пор боялся и ненавидел. Да и Ульрике он ехать запретил, угрожая, что доложит о ее проделках клану троглодитов. Принцесса топнула ножкой, Лот закатил глаза, проклиная малявок, которые лезут во все дыры. И в результате они разругались в пух и прах, так что троглодитша хлопнула дверью и поклялась больше никогда не разговаривать с телохранителем.

Всю дорогу Ульрика сидела между Таней и Мирой, с визгом хватаясь за подруг на поворотах. Для нее автомобиль, несмотря на недолгое пребывание в нашем мире, оставался жуткой шайтан-машиной.