Книга Магия Слова, страница 71 – Владимир Батаев, Илай Шань

Я обнимал плачущую одногруппницу за талию и шептал слова утешения, как в ту ночь, когда мы волею случая перенеслись в мир Синкретизма.

Обстоятельства изменились. Таня стала сильнее — подкачалась в магии, нашла новых друзей и даже любовника другой расы. А еще участвовала в сражениях. Но в то утро она снова была испуганной студенткой, попавшей в странный и пугающий мир.

Будто учуяв неприятности, явились Альмира и Ульрика.

Троглодитша, осмотрев бутылку, заявила:

— Нечего плакать. Это какая-то неизвестная химическая реакция, от которой стекло и покраснело. Что ты засунула в бутыль?

У Тани сразу высохли слезы:

— Да все, что под руку попалось. И даже вроде порошок там был. Возможно, охра, но не знаю, существует ли она в этом мире.

Альмира покачала головой:

— Я в Школе семь лет, два из которой преподаю и выполняю обязанности куратора, но не слышала ни о чем подобном. Попробую порыться в старинных книгах… А вдруг это какой-то неизвестный феномен?

— Я выброшу чёртову бутылку. Или разобью на мелкие осколки, — пригрозила Таня.

— Не стоит. Лучше отдай ее мне, — попросила кураторша. — А как ваши дела, студенты?

— Еще не успела нажить здесь врагов, — усмехнулась троглодитша. — Но дайте срок…

— У меня тоже все чисто. Странно. Я ожидал другого эффекта, ведь всем известно о ненависти Черного эльфа.

— Да хватит уже! — всплеснула руками Мира. — Эта ненависть у тебя в голове, Аль! И ты сам отравляешь себе жизнь мыслями о ней. Спорим, что скоро твоя бутылка почернеет, но лишь потому, что твой главный враг — ты сам. А теперь мы все дружно умываемся холодной водой, особенно те, кто плакал. Затем одеваемся и идем завтракать. И не дай бог, если я узнаю, что кто-то из вас отказался от еды! Я сяду к нему на колени, зажму ногами и буду насильно кормить с ложечки.

Я зажмурился от удовольствия, только представив эту картину. Хотелось сравнить Альмиру с воспитательницей детского сада, но она бы меня не поняла.

— Ты похожа на клушку-наседку, которая квохчет над своими цыплятами.

— Я — куратор вашей группы. И должна знать о вас всё: желания, мечты, огорчения и, конечно, темные мыслишки.

Мы переглянулись и безропотно побежали собираться.

* * *

Сегодня у нас должны были состояться аж три занятия по истории синкретизма. Но Изольда их отменила. Привлекательная прежде преподавательница явилась в класс помятой, бледной и… испуганной.

Порванная юбка, жабо на другую сторону блузки, растрепанный пучок. Да где же она провела ночь, если даже не удосужилась переодеться?

— Я провожу вас в библиотеку — лучшее место для раскрытия способностей к синкретизму, — объявила Изольда. — Выберите любую книгу, на которую глаз упадет, и прочитайте ее до обеда. А потом можете быть свободны.

Черный эльф поднял руку, как примерный школьник:

— Всего лишь прочитать книгу? Вы серьезно? И это все наши задания на сегодня?

Вот ведь выскочка… И сейчас ведь опять поплатится за неуместные вопросы.

Изольда уставилась на него поверх очков, будто сканируя:

— А вы ведь Раам, принц клана изгоев?

Эльф вздрогнул:

— Верно. Как то, что вы — принцесса сильнейшего в магии клана.

Бледные щеки Изольды покраснели.

Эх, не к добру. Сейчас Раам довыпендривается.

— Тогда я как старший преподаватель назначаю вас старостой этой группы. Проследите, чтобы ваши товарищи не гоняли балду, а занимались, — скучным голосом закончила Изольда.