Книга Магия Слова, страница 41 – Владимир Батаев, Илай Шань

— А как нам выследить мутанта? — поинтересовалась Таня.

— Это просто. Тебя любят зверушки, девушка? Вот ты и будешь приманкой. Знаешь ведь, на что можно поймать монстра?

— На кровь, — прошептала Ульрика.

Китаец кивнул:

— Бедные твои родители, Уля. Вернулась бы…

— Говорю же, не хочу я замуж, — вскинулась принцесса.

— Да, да, в гарем захотела. Я уже слышал. Поэтому дам совет: усильте Аля и подстраховывайте его. Дайте парню проявить себя и силу магии слова. Филолог, да?

Я вздрогнул:

— Вы тоже не местный?

— Типа того, — усмехнулся китаец.

Больше я не рискнул его расспрашивать. Мы быстро допили чай, отдав должное сахарному печенью, и засобирались в гостиницу.

Ученик вежливо вышел нас проводить. Поклонился, поблагодарил Ульрику за новый снаряд для тренировки, а у Тани спросил:

— Мы раньше встречались, госпожа?

Девушка отрицательно помотала головой:

— Это невозможно, ведь я приехала издалека.

Ночью я почти не спал, потому что от злости на ректора Лот напился местного пива и разнес половину гостиницы.

Теперь мы поменялись ролями — пришлось взывать к его разуму и успокаивать.

* * *

Черный лес встретил нас тишиной, от которой исходила скрытая угроза. Ульрика постоянно останавливала коней и прислушивалась. Лот вполголоса ругал ректора и желал ему сорок семь неудач с женщинами в постели. Видимо, это было самое страшное троглодитское проклятие.

Таня выглядела подавленной. Она пробудила лишь минимум способностей к синкретизму, едва достаточных, чтобы считаться магом. Зато в фехтовании и рукопашном бою, которым тоже обучал нас троглодит, показывала неплохие результаты для своего веса и роста. Теперь она бы запросто справилась с парочкой насильников, надолго отбив у них желание домогаться к приличным девушкам.

Я же чувствовал разлад в душе. С одной стороны, воодушевляли слова китайца о том, что у меня хороший потенциал в боевой магии. С другой — я по-прежнему оставался тихим студентом, ненавидящим конфликты и тем более, выяснение отношений грубой силой.

Я могу заболтать врага, но драться… Да мне даже с Танюхой было тяжко стоять в спарринге.

Когда мы углубились в лес, Таня спокойно попросила у Ульрики иглу и проткнула пальцы в нескольких местах.

— Чувствуешь что-нибудь? — спросил Лот, с беспокойством глянув на девушку.

Та лишь помотала головой.

Затем достала нож и полоснула лезвием по ладони:

— Может, надо больше крови?

— Едем дальше, — скомандовала принцесса. — Сможешь держать поводья одной рукой?

— Да без проблем, — усмехнулась Таня. — Хоть чем-то буду полезной, если не умею, как Аль, прессовать магией.

— А я умею? Да я вообще ничего не понимаю в синкретизме.

Мы ехали еще пару часов, и Таня периодически обнюхивала руку и комментировала:

— В километре от нас несколько кабанов. Если двигаться на запад, уткнемся в берлогу бурого медведя. На севере находится стоянка вепрей. А в паре десятков метров — лисьи норы.

Видно было, что выслеживание мутанта далось ей тяжело. Черты лица заострились, делая девушку похожей на русскую борзую, глаза ввалились, дыхание сбилось.

— Не чувствую мутанта, — виновато сказала Таня.

— Так и хватит себя мучить, — Лот подъехал к ней и дружески приобнял за плечи. — Давайте ставить палатку, а то в Черном лесу смеркается быстро. Здесь вообще природа — враг всего живого, отравленная темной магией эльфов.