Книга Разведчик по призванию, страница 68 – Владимир Батаев

Ну да, намёк понял. Мысль об осмотре обнажённого тела «богини» действительно не вызывает у меня отторжения, кто бы сомневался. Если бы не её размеры, я бы, может, подумал о том, чтобы не только смотреть.

Я обернулся на раздавшееся за спиной хихиканье. Девушки о чём-то шептались, склонившись друг к другу. Рука Аланы лежала на колене Мелиссы, а ладонь рыцарши, как мне показалось, готова была вот-вот сползти с плеча эльфийки на её грудь. Я закатил глаза. В прошлую ночь втроём в одной постели, уже вторую, я в какой-то момент едва не почувствовал себя третьим лишним. И уже боялся думать, как они проводят время в моё отсутствие. За Мелиссой раньше таких наклонностей не наблюдалось. Хотя, что я о ней знаю? Про Алану тем более.

— Вы ещё оргию тут устройте, — прикрикнул я. — Не можете посидеть спокойно?

Они тут же чинно уселись рядом, сложив ладони на коленях, на этот раз каждая на своих.

— Не ругайся на девочек, — снова улыбнулся Георг. — Они всего лишь потакают твоим желаниям.

Я уставился на него с таким видом, что вопрос должен был прямо-таки проступить у меня на лбу. Но Печатник не торопился отвечать, пришлось озвучивать вслух.

— Чего? В смысле, что ты имеешь в виду?

— Рабская Печать, — отозвался он так, будто это всё объясняло. Видя, что я не понимаю, продолжил: — Печать связывает хозяина и рабов. Хороший раб должен не просто выполнять приказы хозяина, а предугадывать его желания.

Я всё ещё до конца не понял, но кое-какие мысли появились. Я и раньше раздумывал на эту тему, даже пытался расспросить Ганса, но без особого толка. Похоже, Георг разбирался в работе Печатей куда лучше.

— То есть, Печати меняют их сознание? Влияют на разум?

— Некоторым образом, — кивнул маг. — Разными способами. Например, блокируют возможность зачатия. Ты ведь не отключал эту функцию? Вот… Это означает подавление одних гормонов и увеличение выработки других. Для того чтобы подогреть их желание. Ну, ты понимаешь.

Я понимал, скорее удивился, откуда он сам знает, что такое гормоны. Но может это особенность перевода, а на самом деле слово было совсем другое. И вообще, тут всё-таки не средневековье в чистом виде.

— Но таких настроек я не делал, — возразил я.

— И не надо, — развёл руками Георг. — Я же не про Знак Возбуждения говорю. С его активностью они бы уже весь диван залили. Воздействие незначительно, по чуть-чуть. Для большей сговорчивости.

Я помрачнел. Это была не очень хорошая новость. Не то, чтобы прямо катастрофа, но…

— И это действует на всех рабынь вообще? А если я раба-мужика куплю?

— Всё зависит от желаний хозяина, транслируемых через управляющий контур, — он указал на мою руку, где на тыльной стороне ладони синела-зеленела Печать Контроля.

— А если я не желаю ничего транслировать? — возмутился я. — И вообще отключить всё влияние и воздействие хочу.

— Тогда придётся освободить их из рабства, — пожал плечами Георг. — Ну или подправить некоторые элементы рабских Печатей. Хотя это незаконно.

В конце фразы прямо-таки прозвучало отчётливое «но». Красть Печати с запертой в казематах богини тоже незаконно, что не мешает Георгу в этом участвовать, пусть и косвенно.

— Что за элементы?

— О, долго объяснять. Тебе точно нужны технические тонкости? Если ты, как палач, способен удалить не всю Печать, а только отдельные составляющие, я их тебе пальцем покажу, — пообещал он. — Можно и с боевыми Печатями поиграть.