Книга За гранью добра и зла. Книга 2. Шут в поисках, страница 40 – Владимир Батаев

— Так говорилось в записях предков…

Спящий режим, режим ожидания… Криогенная заморозка? Это могло бы объяснить серый цвет кожи и хриплый голос от простуды. Но в доспехах? Вряд ли, заморозка повредила бы механизмы. Какое-то стазис-поле? Что-то, останавливающее или замедляющее время. Поэтому он не в курсе положения дел на поверхности, а на пушку повлияла энергия поля. Орки за прошедшее время могли слегка мутировать, изменить цвет кожи.

— У меня есть безумная теория, – объявил я. – Он из прошлого, древний солдат забытой войны, спящий, пока не сработает сигнал тревоги.

— И как ты до этого додумался? – полюбопытствовала Эмма.

— В кино такое видел, – развёл руками я.

— Мы обречены, – вздохнул Экхард.

— Само собой, – не стал спорить я. – Даже если я прав, нам это абсолютно ничем не поможет.

— Тогда что проку в твоей теории? – не понял орк.

— Так любопытно же. Вот если ты знаешь, как испортить доспехи, это нам бы пригодилось. Может, к ним набор инструментов для ремонта прилагается? Например, звуковая отвёртка?

Он покачал головой. Иного ответа я и не ждал. Чтоб знать, как сломать скафандр, надо знать и как его починить. Не считая применения кувалды, конечно, которая, как ни странно, не работает.

— Что делать будем? – осведомилась Эмма.

— То, что хотели сделать до смерти, но ещё не успели, – пожал плечами я.

— Например?

В ответ я притянул её к себе и поцеловал.

— А теперь ты поклянёшься быть вместе, пока смерть не разлучит нас?

— Вот ещё, – хмыкнул я, отстранившись, и начал стягивать рубашку. – Клятва на пять минут? Грош ей цена.

— Думаешь, успеем раньше, чем орк сюда ворвётся? – усомнилась титанша.

— Это не то, о чём ты подумала, не обольщайся. И вообще, я передумал.

— Что?! – возмутилась Эмма. – Тебе не понравилось?

— Умирать я передумал, – глядя на её ошарашенное лицо, я не удержался от смеха. – А поцелуй был отличный. – Я обернулся к орку. – Дверь запереть можешь?

Он кивнул. Что ж, хоть одна хорошая новость.

— Предлагаешь нам отсиживаться тут? – уточнила Эмма.

— С голоду помрём в лучшем случае, – возразил я. – К тому же, подозреваю, он-то может дверь и снести. Недаром в винном погребе стояла деревянная. Заменили после прошлого его выхода, скорее всего.

— Может, там просто раньше двери не было, – не согласился Экхард.

— Тогда как её туда прикрепили, если стену не продырявить?

— Тогда что толку запираться? – не отстал принц. – Разве что вы получите чуть больше времени на развлечения. Но в этом случае я, пожалуй, рискну остаться снаружи.

— Да не будем мы запираться. Его запрём. И свалим раньше, чем он вырвется.

— У тебя появился очередной гениальный план, – вздохнула титанша. – И что нам делать?

— На счёт три открываете дверь и валите отсюда. Потом страж вваливается за моей головой, я выхожу, дверь запирается. Не дайте ему, – я кивнул на орка, – закрыть дверь до того, как я выйду.

— А если страж нападёт на нас, а не на тебя? – усомнился Экхард.

— Неужели ты ещё не понял, что у меня талант вызывать в людях и других разумных существах неодолимое желание прибить меня на месте?

— Это точно, – согласился орк.

— Ну, тогда – три!

Принц распахнул дверь, первым вывалившись в коридор. За ним рванул второй отпрыск королевского рода. Эмма задержалась, оглянувшись на меня. Я махнул рукой, приказывая ей убираться. А сам встал в дверном проёме.