Книга Герои есть, страница 73 – Владимир Батаев, Робин Штенье

— Это и есть объединение сознаний, – торжественно провозгласила Алиса, жутко довольная собой. – Не пугайся, неделька-другая терапии с Алексом, и станешь как новенький.

— Мне и старенькому неплохо жилось...

— Это когда ты от девушек не только в игре шарахался? – усмехнулась она.

Не особенно я и шарахался...

— Да пошла ты!

— Нет, сначала тесты, – Алиса снова улыбнулась и помахала планшетом. – Прежде, чем я переадресую тебя Алексу.

Она поднялась и, пройдя к стене, набрала на едва заметной управляющей панели код. Стена отошла в сторону, а из ниши выехала платформа с капсулой для виртуального дайвинга без крышки. Такая же стояла у Алисы в рабочем кабинете.

— Я уже проанализировала работу твоего мозга, пока ты был без сознания. Результаты хорошие, но теперь мне необходимо проверить те же самые сигналы, но уже когда ты бодрствуешь. Так что, – она махнула рукой в сторону капсулы, приглашая меня занять место на ложе.

Я не заставил себя уговаривать, занял полагавшееся мне место и, следуя инструкциям Алисы, подключился к системе капсулы. Дальше примерно с час или дольше отвечал на разные вопросы от таблицы умножения до того, где я был в пятницу вечером на прошлой неделе. И несмотря на то, что на прошлой неделе в пятницу вечером я спал, отлично помнил, как оказался на летающем острове Первого Меча Империи. И дальше получалось, что я отлично помнил все игровые и реальные события, оставаясь при этом одним единственным человеком – Глебом Шумилиным.

Но Алиса на мой вопрос лишь пожала плечами и посоветовала задать то же самое Алексу. Что я и сделал, когда попал к нему через три часа.

— Потому что ты и есть один-единственный человек, – спокойно ответил Алексей Викторович, листая отчёты Алисы на планшете.

Чертовски логично! Только можно мне другого психотерапевта? Ко всему прочему, в присутствии Гордеева я постоянно напрягался, в то время как психотерапевт наоборот должен располагать к себе. Наверное. Никогда до этого с ними не пересекался. Алексей Викторович к тому же казался мне скорее военным хирургом, потому я никак не мог перейти только на имя, как остальные.

— Ты, когда играл, считал себя Яко Блейком или Глебом? – спросил он, откладывая планшет в сторону. – Хотя стоит отметить, что имя и никнейм у тебя созвучные. Но всё-таки?

— Глупый вопрос, – я нахмурился и, не дожидаясь приглашения, уселся в кресло, – Глебом, конечно же.

— Может и глупый, – Алексей Викторович улыбнулся и положил планшет на стол, – но именно ответ на него является ответом на все твои умные вопросы. Ты в игре был меньше трёх месяцев, даже для реального мира это слишком мало, чтобы могла сформироваться новая личность. Без глобальных потрясений, естественно. В игре таких потрясений нет: умер, встал на точке респауна и пошёл дальше выполнять поручения NPC, бороться с чудовищами и так далее. Плюс в игре сознание изменяется гораздо медленнее. Нет гормонального фона, нет обязательных физиологических изменений, много чего нет. В игре мы мыслим, как это ни странно, более логично и более отстранённо. Но и забываем о своих страхах и потрясениях хуже.

— То есть, вырастить нового Гитлера там гораздо проще, чем новую мать Терезу?

Алексей Викторович усмехнулся и кивнул. Интересно, если Йорик такая скотина и всем мешается, почему его просто не уберут технически? Ведь как просто взять и выключить генерирующий его сервер! Хотя к серверам просто так не попадёшь... А если по официальному решению от совета директоров? Ведь это их проект катится к чертям собачьим! Какого ж они ничего не делают?!